Александр Кондаков: «Сегодняшнее образование готовит молодежь к жизни в обществе, которого уже нет»

Окончание. Начало в № 10.

Научный руководитель разработки стра­те­гии развития образования Татар­стана до 2030 года, член-корреспондент РАО, доктор педагогических наук, руководитель группы разработчиков ФГОС оО Александр Михайлович Кондаков в эксклюзивном интервью журналу «Магариф» рассказал о ключевых факторах развития образования в России и в мире, особенностях татарстанской модели образования, необходимости создания новых образовательных стандартов и новых подходов к работе педагога.

…В результате были созданы новые матрицы – таблицы опросов населения. Мы неожиданно для себя выяснили, что общество и государство, семья не очень-то заинтересованы в том, знает ли ребенок бином Ньютона или не знает. Их гораздо больше волнует, является ли ребенок личностью, уважает ли старших и заботится ли о младших, умеет ли он коммуницировать в коллективе, умеет ли избегать конфликты, знает ли, любит ли он свой край, является ли он патриотом своей Родины и т.д. Кстати говоря, работодатель впервые нам сформулировал требования к тому, что мы сегодня называем универсальные учебные действия или компетенции, которые необходимы современному работнику. Естественно, были сформулированы и предметные результаты. В результате в первом блоке стандарта появились требования к результатам освоения основной образовательной программы, которые потом были декомпозированы по уровням общего образования – начальное общее, основное общее, среднее общее образование, и впервые обеспечили преемственность требований к личностным, метапредметным, предметным результатам на всех уровнях общего образования. На этом этапе очень важными оказались требования к личностным результатам. Что такое патриотизм? Что такое система ценностей? Что такое ценность здоровья, образования, семейные ценности и т.д? И в результате, кстати говоря, с помощью коллег из Татарстана в 2007 г. появилась Концепция духовно-нравственного развития и воспитания личности гражданина России, которая позволила нам впервые взглянуть на воспитание как на важнейшую составляющую процесса образования, заставила признать, что на самом деле главная задача образовательного процесса (образование есть все-таки единство обучения и воспитания) – это духовно-нравственное развитие, воспитание личности каждого ребенка как гражданина нашей страны. Мы сформулировали, в том числе, и воспитательные задачи или задачи социализации в рамках изучения каждого учебного предмета. Не менее важный момент сформулированных обществом запросов к личностным результатам – это гармоничное всестороннее развитие детей. Оно было важным и в советское время: занятия во второй половине дня, кружки, дворцы детского творчества и т.д. Таким образом, в стандарт мы ввели занятия детей во второй половине дня. То есть ФГОС включает в себя обязательную часть и часть, формируемую участниками образовательных отношений. ФГОС разработан с учетом региональных, национальных и этнокультурных потребностей народов Российской Федерации. Так, например, школьники могут изучать историю Татарстана, литературу Татарстана, татарский язык. Ребятишки, которые учатся, допустим, в физико-математической школе, во второй половине дня получили возможность заниматься искусством, спортом, театром. Причем за счет государства, за счет денег налогоплательщиков. В итоге все это вылилось в программу дополнительного образования, которая сейчас утверждена Правительством России. Второе – это требования к структуре основной образовательной программы. Естественно, программа формировалась исходя из требований к образовательным результатам. Третья часть – это условия реализации основной образовательной программы.Есть такой анекдот советского периода. «Идет партийное собрание и секретарь партбюро говорит: «У нас на повестке дня два вопроса. Первое – крыша коровника, второе – построение коммунизма. Но поскольку доски не завезли, переходим сразу ко второму вопросу». То есть, собственно говоря, если в школе нет современного оборудования, качественных учебников, кадров, хорошего школьного здания, то о каких результатах образования можно говорить? И мы в ФГОС ввели баланс между требованиями к образовательным результатам и условиями их достижения. Введение стандарта начального общего образования увеличило финансирование на образование. Во-первых, потому что во второй половине дня любая деятельность учителя стала оплачиваемой, во-вторых, были четко сформулированы основные требования к условиям реализации основной обра- зовательной программы. Кроме того, конечно, в целом изменилось отношение к образованию. Татарстан – один из немногих субъектов Федерации, в котором уделяется большое внимание образованию не только как важной отрасли социальной сферы, но и как основе социально-экономического развития республики, ее будущего, успешности и благосостояния граждан. В республике реализуется много интересных системных инновационных проектов в сфере образования, учитывающих, в том числе, и лучший мировой опыт, причем эти проекты реализуются под личным контролем руководителей республики. Я имею в виду такие проекты, как информатизация системы образования, так называемый «Сингапурский проект», реструктуризация сельских школ, изучение родных языков, он-лайн поддержка образовательного процесса, раннее изучение иностранных языков и др. К реализации инновационных образовательных проектов привлекаются ведущие специалисты науки и образования и крупнейшие компании. Не могу не отметить активную вовлеченность работодателя, широкой родительской общественности республики в деятельность и развитие системы образования.

Если в ХХ веке дети спрашивали «Почему?», то сегодня дети, неожиданно для взрослых, задают вопрос «Зачем?»

– Исходя из вышесказанного, не ожидаются ли изменения в ФГОС?

– Прошло уже 5 лет после утверждения стандарта начального образования. Сегодня, конечно, его уже надо пересматривать. За это время появились айфоны, планшеты, Wi-Fi, все школы подключены к Интернету. Мне очень нравится анекдот: «Мальчик приходит в школу, в первый раз в первый класс, счастливый, довольный, кладет на парту свой планшет, сверху смартфон, ждет первую учительницу. Вот она входит и говорит: «Дети, вы, наконец-то, стали взрослыми, мы с вами будем готовиться к большой жизни. Вот вам «Азбука», касса букв, «Букварь», палочки, карандашики». А первоклассник думает: «Ну и предки, опять «кинули». Обещали первый класс, а посадили в эконом». Да, дети уже другие. Я думаю, что сегодня надо говорить не об изменениях в ФГОС, а о разработке новых стандартов.

– Тогда новые стандарты должны будут ориентированы на новый тип личности?

– Дело в том, что незаметно для нас за последние 10 лет произошли очень серьезные психологические изменения в детях. Психологи бьют в набат и говорят, что дети отличаются от сверстников прошлого века, что у них постоянная повышенная тревожность, агрессия, повышенная возбудимость, у них потребность восприятия новой информации, они настойчивы и требовательны, не желают подчиняться управлению взрослых. На самом деле беда заключается в том, что наши психологи, к сожалению, не изучали современного ребенка. И вот недавно я познакомился с исследованиями современного детства, в том числе и с голландскими, американскими исследованиями. Я очень рад тому, что появились первые отечественные исследования Галины Солдатовой, которая четко обращает наше внимание на то, что если мы видим что-то необычное в детях, то надо, прежде всего, задуматься над тем: не является ли эта необычность правилом? И в этом отношении неожиданно для себя мы, педагоги, увидели, что традиционные методы и методики исследования не дают объективной картины способностей и возможностей детей. На сегодняшний день идентичность ребенка резко изменилась. Я об этом говорю особо, потому что самоидентификация ребенка на сегодняшний день – одна из самых сложных и ответственных задач, которую должна решать школа. Традиционно мы говорим о какой идентичности? Политической, идеологической, семейной, профессиональной. На сегодняшний день, как говорит мой друг Александр Асмолов, идентичность личности определяется «многоЯйностью». Это «много Я»: конфессиональная идентичность, социальная идентичность, профессиональная идентичность, гендерная идентичность (о чем несколько лет назад мы вообще не считали нужным говорить), есть этническая идентичность. Но появилась еще и сетевая идентичность. Понимаете, ведь ребенок рождался и развивался в информационном поле – мама, папа, бабушка, дедушка, братья, сестры, соседи, друзья, школа, класс, общество. На сегодняшний день дети сразу получают доступ к широкому информационному полю. У меня трое внуков – они почему-то ровно в 8 месяцев перешли на айпад. Почему 8 месяцев? Мне психологи до сих пор объяснить не могут.

– Видимо, не только педагогика, но и психология не успевает за информационной революцией…

– Неожиданно выяснили, что диагностические задания, которые разрабатывались для пятилетних детей 12–15 лет назад, сегодня спокойно выполняют трехлетние дети. Это что – массовая одаренность? Нет, это правило! И мы пока не очень понимаем, что происходит. Просто подумайте о своих детях, в ХХ веке у детей был хорошо развит подражательный рефлекс. Они очень четко копировали действия взрослого. На сегодняшний день у детей преобладает рефлекс свободы, они сами строят стратегию своего поведения. Если в ХХ веке дети задавали вопрос «Почему?», сегодня дети, неожиданно для взрослых, задают вопрос «Зачем?». То есть «почемучки» превратились в «зачемучек». И в этом случае у детей доминирует не преемственно-следственная зависимость объектов и явления от одного типа к другому. Они хотят понять смысл поступков и действий! Вот это принципиальное отличие психологии современного ребенка. В сознании современного ребенка доминирует смысловая среда как регулятор его поведения. Это системно-смысловой тип сознания, а не системно-структурный. Налицо очень серьезные изменения, которые влияют на организацию образовательного процесса: проблема взаимодействия учителя с классом, учителя с ребенком… Учитель требует, чтобы выполнили его задание. А ребенок не понимает, зачем это ему надо. Учитель не объясняет, зачем это надо ребенку. И это вызывает конфликт между ними. Сегодня, в 2014 году, ребенок готов услышать взрослого, он готов послушаться, но только в том случае, если будет выстроена система отношений на основе доверия и понимания. Потому это очень серьезная задача подготовки педагога, разработки соответствующих образовательных технологий. Педагогика сотрудничества – это когда учитель выступает в роли партнера в образовательном процессе, которому доверяют, которого слушаются не потому, что он носит гордое имя «учитель», а потому что он является реальным авторитетом для детей, которому они верят.

 «Лучше построить 20 детских садов, чем одну колонию для малолетних преступников»

Весь мир уже давно использует корпоративное обучение, то есть обучение в сотрудничестве. Но мы, к сожалению, на протяжении 90-х, 2000-х годов оказались заложниками обязательного минимума содержания образования. Обязательный минимум привел к очень плохой триаде – минимум содержания, минимум результата, минимум финансирования. К сожалению, минимум содержания привел и к минимуму личностного результата. Мы получили скинхедов, национальные проблемы, не очень управляемых детей и переживания родителей и взрослых в отношении того, что дети не всегда являются в личностном плане тем, чего они ожидали.

– Хочется добавить, что формировать личность ребенка надо с пеленок.

– Сегодня психологи выяснили очень важную вещь. Уже в 3 года дети способны ориентироваться на результат. В детском саду, организуя деятельность ребенка, мы должны понимать, что для ребенка важно достижение какого-то конкретного результата, значимого для формирования его личности. Когда мы говорим про дошкольное образование, необходимо помнить русскую поговорку: «Воспитывать нужно, когда он лежит еще поперек стола, когда вдоль – уже поздно». Именно раннее развитие и воспитание ребенка сегодня наиболее важны с точки зрения его будущего личностного развития и становления. Американцы посчитали, что 1 доллар, вложенный в ребенка в дошкольном возрасте, дает 8 долларов отдачи. В чем выражаются эти инвестиции? Меньше затрат на здравоохранение, меньше затрат на борьбу с наркоманией, подростковой преступностью и т.д. Сергей Степашин как-то сказал: «Лучше построить 20 детских садов, чем одну колонию для малолетних преступников». По нашим данным, только 30 процентов осужденных в возрасте 25 лет получили дошкольное образование. Вот насколько важен период дошкольного детства в жизни каждого человека. Учителя говорят, что ребенок не может удержать внимание, он гиперактивный. А с чем это связано?

– Вы говорили о сетевой идентичности современного человека. Но пускать на самотек виртуальную жизнь неокрепшей личности тоже будет ошибкой.

– 89 процентов детей выходит в сеть каждый день. Это российские данные. Время в сети – значительная часть жизни ребенка. Интернет – это новый образ жизни наших детей. Вы знаете, 150 лет назад в дворянских семьях России от детей тоже закрывали книжные шкафы, считали, что это очень вредно. Мы не можем пойти против того, чем живет весь мир. Мы должны сформировать в ребенке нормы и правила существования его в сети Интернет. В наших школах стоит фильтр на Интернет, якобы таким образом организована защита ребенка от плохого воздействия. А он, выйдя из школы, может зайти в Интернет-кафе, к другу или домой, в конце концов – сидя в школе войти в сеть через свой смартфон. Понимаете, в чем дело? Мы создали для себя иллюзию, что совершили благое дело. Но на самом деле, мы просто бесцельно потратили деньги, не решив главной задачи – формирование у ребенка информационно-коммуникативной культуры.

– Это как раз тот случай, когда образование и воспитание выступают единой системой.

– Воспитание – это процесс формирования ценностей личности, трансляция ценностей, восприятие личностью ценностей. Что такое ценность? Ценность – норма, правило поведения, принятое обществом. Это определение того, что такое «хорошо», а что такое «плохо». Именно это заложено в Концепцию духовно-нравственного развития и воспитания личности гражданина России. Возможно, эта фраза кому-то покажется крамольной, но я считаю, что над ней надо задуматься: обучение является лишь частным вопросом социализации и воспитания. Наша главная задача – подготовить личность к жизни в обществе, где образование является составной частью этого процесса. Я думаю, что это на сегодняшний день как никогда важно. За 10 лет произошли большие изменения. Вот вы часто слышите от учителей, что дети не держат внимание на уроке. Еще 15 лет назад нормальным считалось, что концентрация внимания на уроке – 40 минут. А сегодня психологи выяснили, что на это способны только единицы. Учителя говорят, что ребенок не может удержать внимание, он гиперактивный. А с чем это связано? Он просто другой! А мы этого не хотим понять и для себя принять. Помните, еще 4–5 лет назад мы переживали по поводу того, что у детей «клиповое мышление». Мы сегодня должны понимать, что образование должно быть построено на визуальных образах. Для детей самый популярный ресурс в интернете – это не «вконтакте», и не «фейсбук», а «ютьюб» с короткими роликами до трех минут. Больше трех минут ребенок не удерживает внимание, ему это не интересно. Поэтому мы, конструируя образовательный процесс, должны давать информацию определенными порциями, которые ребенок способен переработать.

– Это означает примитивизацию образования или, наоборот, требует от преподавателя новых компетенций?

– Конечно, второе. Клиповое мышление – это на самом деле очень важный признак в интеллектуально-культурной истории человека. Это переход от линейной модели мышления к сетевой. Причем в скором времени бумажные учебники как таковые уйдут, они линейные по своей структуре. Дети уже сегодня живут в сети.

– Дети живут, а учителя? Учителя готовы?

– Вы сейчас задаете главный вопрос. Кто будет учить этому? К сожалению, система педагогического образования в нашей стране сегодня абсолютно не отвечает этим задачам. Вы можете провести эксперимент: зайти в педвуз и провести очень простой опрос тамошних преподавателей на предмет их знания ФГОС. После этого мы с вами можем продолжить разговор. Я это делаю периодически. Система повышения квалификации в данном случае является ключевым элементом в переподготовке и повышении квалификации педагогов. Очень важный аспект в мышлении современного ребенка – это феномен многозадачности. Ребенок может одновременно обрабатывать несколько фрагментов информации. И это позволяет ему формировать долговременные планы, запоминать незаконченные задачи, делить большие задания на мелкие и выполнять их последовательно. Это отражает специфику навигации в Интернете. Поэтому мозг наших детей сегодня работает не так, как наш с вами мозг. Взрослым это не свойственно. Поэтому дети называются «цифровыми аборигенами». А мы с вами – «цифровые мигранты». Они там родились, выросли, а мы туда прибыли уже сформированными людьми. Еще один очень важный вывод, который сделала психолог Галина Солдатова: использование Интернета ускорило развитие психических процессов: Вывод очень простой – новое поколение становится умнее. Наши дети умнее нас. И наша задача – помочь им в их развитии, не пытаться воспитывать их по своему образу и подобию, а понять их особенности, помочь им развивать свой потенциал.

– Как бы наши читатели не обвинили нас в апологетике Интернет-зависимости…

– Это не мои размышления, а результаты исследований во многих странах мира, которые мы обобщали. Мы должны понимать, что находимся в новой реальности. Мы должны научиться и сами научить наших детей в ней жить. Кстати, читатели постарше вспомнят, как нам запрещали писать шариковыми ручками.

В отличие от многих других субъектов Российской Федерации, я могу назвать Татарстан креативной республикой

– Как построить такую школу, чтобы ребенок, который родился сегодня, стал конкурентоспособным после окончания этой школы? На авгус товском со-вещании в Богатых Сабах Вы заметили, что в настоящее время невозможно спрогнозировать, на какие профессии и как будет формироваться спрос в ближайшие 20 лет. Создается ощущение, что мы находимся в «образовательном тупике» и не знаем, куда идти дальше.

– Молодые люди должны быть готовы к тому, что до 35–40 лет они 6–8 раз кардинально поменяют свою работу. Жизнь меняется. Значит мы должны подготовить наших детей к тому, чтобы они были адаптивны и гибко реагировали на изменения экономики, социальной сферы и т.д. Поэтому формирование навыков и компетенций XXI века, о котором я говорил, является ключевым элементом новой системы образования. Мы должны честно признать, что сегодняшнее образование готовит наших детей, молодежь к жизни, обществу, которого уже нет. Понимаете? А мы должны подготовить детей к жизни в обществу, которое будет послезавтра. Мы сегодня живем в условиях очень большой неопределенности.

<…>

Полный вариант интервью читайте в №11 журнала «Мәгариф» (ноябрь, 2014 г.) (в разделе «Электронная подписка»).

Беседовала Римма Гатина.

One thought on “Александр Кондаков: «Сегодняшнее образование готовит молодежь к жизни в обществе, которого уже нет»

  1. Актуальное интервью. Мы тщательно ознакомились с ФГОС ООО. А эта публикация помогла четче представить проблемы, которые стоят перед нами — педагогами. Нам еще только предстоит все это осилить.

Добавить комментарий