«Сегодня татарский язык отделен от интеллекта»

С Президентом Ассоциации работников татарского научного просвещения и культуры РТ «Магариф», кандидатом физико-математических наук Маратом Лотфуллиным мы прогуливаемся около Казанского федерального университета и вспоминаем историю со времен, когда он был Императорским университетом, а ректором являлся известный математик Николай Лобачевский. Ещё будучи студентом и аспирантом мехмата КГУ, а затем старшим научным сотрудником НИИММ механики и математики им. Н.Г. Чеботарева, Марат Вазыхович изучил судьбу каждого здания и каждого ученого.

– КГУ – это единственный в мире вуз, которому присвоено имя отчисленного студента, – говорит Марат Вазыхович, когда мы приближаемся к памятнику Владимира Ульянова. – Ленин был гением, благодаря которому народы России получили право на образование. В год 100-летия ТАССР Марат Вазыхович становится моим экскурсоводом по истории национального образования, рассказывает о его современном положении, о влиянии Всероссийской переписи населения на будущее системы образования не только Татарстана, но и других субъектов Российской Федерации.

МЕСТО ТАТАРСКОГО ЯЗЫКА
Если ознакомиться с историческими документами, то можно увидеть, что в разные столетия татарская интеллигенция регулярно ставила вопрос о будущем и настоящем национального образования. Разработка Концепции развития татарского национального просвещения и ее обсуждение в печати начались в эпоху гласности в 1989 году. Тогда же возник Казанский комитет «Магариф» («Просвещение)», который, опираясь на помощь городского Управления образования, предпринял первые практические шаги по реализации новой Концепции. После Референдума о суверенитете Республики Татарстан в 1992 г. была организована Всетатарская ассоциация «Магариф» и принят Устав. Именно эта общественная организация разработала Концепцию развития татарского национального просвещения, а Министерство образования и науки РТ придало ей статус официального документа.

Марат Вазыхович, будучи с 1992 по 2009 гг. заместителем начальника Управления образования города Казани, затем страшим научным сотрудником Института истории им. Ш.Марджани Академии наук РТ, Вы непосредственно участвовали в формировании Концепции развития татарского национального просвещения. Насколько изменилась повестка дня на сегодня, если сравнить с тем, что было тридцать или сто лет тому назад?

– Говоря о Концепции развития татарского образования, я намеренно опускаю слова «национальное образование», поскольку не национального образования не бывает. Это иллюзия, создаваемая в России для того, чтобы внедрить в массы идею о каком-то нейтральном образовании. Нейтрального образования нет во всем мире и не будет. Это не мое мнение. Об этом пишут все знаменитые педагоги, начиная с Яна Коменского: любое образование – оно национальное. Существует образование на русском языке, и есть образование на татарском языке. Вот в связи с этим я применяю термин татарское образование.

Наличие Концепции татарского образования очень важно. Естественно, что с течением времени она претерпевает изменения. Во-первых, с развитием меняются горизонты исследуемых вопросов. Во-вторых, татарское образование существует в российском образовательном пространстве, которое постоянно меняется, и, естественно, это оказывает существенное влияние на условия его существования.

Например, до Октябрьской революции 1917 года в России татарское образование было под надзором Жандармерии и не относилось к Министерству народного просвещения Российской Империи. В татарских медресе и мэктэбе открыто изучать предметы естественно-научного направления татарам на родном языке было нельзя. Их можно было изучать только на русском языке. Многие знаменитые просветители по этой статье были осуждены, например братья Буби. Это общеизвестные исторические факты. Однако подпольно эта деятельность осуществлялась в джадидских медресе.

После Октябрьской революции в татарском образовании произошли существенные изменения: оно стало государственным. Начальное образование было обязательным, бесплатным, на родном языке вплоть до 1934 года. Если говорить про нашу республику, то чуваши, марийцы и другие народы, проживавшие в ТАССР, также получали образование на своем родном языке. Это прослеживается в отчетах образовательных учреждений, которые хранятся в московских архивах. В этих документах отмечалась национальность каждого ученика, включая школы, техникумы и вузы. Это так называемая политика коренизации, которая была осуществлена в 1920-е – в начале 1930-х годов и в течение короткого периода до 1934 года. Ее основной задачей было развитие образования коренного населения России и СССР в целом.

– Известно, что идеологической основой политики коренизации стала провозглашённая еще в ноябре 1917 г. Декларация прав народов России. В чем она заключалась? Считаете ли Вы её прорывным решением?

– Суть её заключалась в подготовке высокообразованных специалистов, обученных на языках народов СССР: учителей, научных работников, инженеров, физиков, математиков. Представители местных народов продвигались на руководящие должности. Это было веление времени, потому что Российская империя, в первую очередь, развалилась вследствие своей несбалансированной национальной политики. Как вы знаете из истории, Октябрьская революция в такой огромной стране совершилась в один день. Как так произошло? Большевики обещали народам свободу. Однако вскоре на смену коренизации пришло повсеместное внедрение русского языка как языка межнационального общения. В 1932 г. ввели свободу выбора языка обучения. Спустя шесть лет, в 1938 г., обязательные экзамены по родным языкам были отменены и был введен обязательный экзамен по русскому языку.  А с 1939 г. татарская письменность была переведена на кириллицу.

По конституциям 1924 и 1936 гг. народное образование относилось к компетенции союзных и автономных республик. 

До кириллицы у татар использовались разные системы письма. Даже существует мнение, что из-за частого изменения письменности в течение короткого времени часть татарского населения осталась безграмотной. Тут, наверное, следует говорить об ограниченной возможности знакомиться с раннее выпущенной литературой и документами.

Вспомним, что до 1927 г. татары, как многие тюркские народы России, пользовались арабским алфавитом. С 1927 г. перешли на латиницу (так называемый яналиф), который применялся до 1939 года. В настоящее время «татарской латиницей» пользуются татары, живущие в Турции, Финляндии, США,  Австралии. В 90-х годах прошлого столетия в Татарстане была попытка вернуться к ней и даже успели отпечатать пробные книги…

– После революции политика молодой советской страны была направлена на ликвидацию безграмотности по всей России. Однако в отношении татар термин «ликвидация безграмотности» звучит диковато, поскольку, по сведениям русских историков, приблизительно 90 процентов населения было грамотным, все умели писать и читать на родном языке – на арабице. Дети и подростки обучались в медресе, женщины учились у абыстай и также знали арабицу. Многие, в том числе В.И. Ленин и даже православные миссионеры, отмечали, что грамотность у татар выше, чем у других народов России. Поэтому обучали, в основном, русскому языку.

Параллельно ликвидации безграмотности шел перевод образования нерусских народов на русский язык. А это можно было сделать только на основе кириллицы. 5 мая 1939 г., согласно указу Президиума Верховного Совета ТАССР «О переводе татарской письменности с латинизированного алфавита на алфавит на основе русской графики», в течение одного дня была введена кириллица. Противники кириллицы, свыше тысячи человек татарской интеллигенции, были репрессированы как враги народа. Они содержались в подвалах бывшей пересыльной тюрьмы под Кремлем в нынешнем здании Института истории. В том же году статус национальных языков был низведён до добровольного, хотя подготовка национальных кадров шла: работали педучилища, пединституты. Работа велась во многих регионах Российской Федерации. Что касается татарского образования, то учителей по всем предметам готовили на местах. Существенные изменения начались во время Великой Отечественной войны, когда под предлогом отсутствия финансовых средств многие татарские отделения вузов в регионах России (в Томске, Омске, Свердловске и т.д.) были закрыты. Та же судьба была уготована и в отношении национальных печатных изданий. В качестве компенсации в Казанском университете открыли отделение филологов на одну группу. В Казани продолжал функционировать Педагогический институт. В соседней Башкирии остался ряд институтов и училищ, а в некоторых регионах компактного проживания татар ещё готовили учителей начальных классов и воспитателей. Однако с 1956 г. в российских регионах национальные школы начали прекращать свое существование, в первую очередь, из-за нехватки учителей. Школа – это не здание и документы, это учитель и учебники. Для того чтобы были учителя и учебники, необходимы вузы. Без высшего образования на родном языке о развитии какого-либо народа говорить бессмысленно.

Было время, когда еще в советской Казани оставалось несколько школ с обучением предметов на татарском языке. А с начала 60-х прошлого столетия и они претерпели мягкий переход на обучение на русском языке путем создания русских классов параллельно с татарскими.

– Да, этот процесс пошёл быстрее, когда были приняты соответствующие документы в 1966, 1972, 1984 гг. ЦК КПСС о повышении качества преподавания русского языка. В них отчасти говорилось о том, что качество знаний русского языка в национальных школах низкое. На этом основании ставился вопрос о переводе образования на русский язык. Если на этот документ посмотреть в историческом аспекте, можно проследить продолжение идеи, озвученной в XIX веке. Подобный документ появился в 1870 г., когда с докладом «О мерах с образованием населяющих Россию инородцев» выступил министр народного просвещения Д. А. Толстой. С этим документом можно ознакомиться в интернете, где он представлен в открытом доступе. Там есть раздел «Относительно татар-магометан». «Татары-магометане, населяющие губернию Казанского учебного округа и Крымский полуостров, входящий в состав Одесского учебного округа, составляет племя, фанатизируемое многочисленным духовенством, богатое мечетями и магометанскими школами и крепкое в своей вере, – говорится в нем. – Поэтому обрусение татар-магометан может быть введено лишь путем распространения русского языка и образования…». Вероятно, именно с этой целью был осуществлен план подготовки учителей русского языка из числа самих татар.

Реализация этого документа была поручена миссионеру-востоковеду, профессору Казанской духовной академии Николаю Ильминскому и ученому-этнографу Каюму Насыри. Получив финансирование, Каюм Насыри подбирал людей, которые после подготовки могли бы обучать татарских детей. Уже тогда была поставлена вполне определённая задача: путем подготовки национальных кадров, способных преподавать предметы на русском языке, осуществить постепенный перевод школьного обучения на русский язык. Как видим, это произошло через 80-90 лет, а именно в пятидесятых-шестидесятых годах ХХ столетия, когда все татары уже овладели великим русским. Если нынче в Конституцию Российской Федерации будут внесены некоторые абсурдные поправки, касающиеся государственной религии, вполне возможно введение обязательного преподавания основ православия в школах. Согласно документу 1870 г., это есть начало третьего, завершающего этапа обрусения инородцев.

Во времена наших прабабушек и прадедушек существенная часть литературного татарского языка состояла из заимствований из арабского и персидского языков.

– Арабский язык и фарси знали только отдельные слои населения. Однако все татары писали на арабице. Считается, что основоположником «чистого» татарского языка был Габдулла Тукай. В современном татарском языке сохранилось много заимствований из арабского языка. Это связано с религией. По сути, любой язык связан с религией.

Например, современный литературный немецкий язык возник во времена Мартина Лютера (отсюда – лютеранство). Он Евангелие написал на комбинированном языке – баварском и среднегерманском. И через 30 лет вся Германия заговорила на языке Евангелия. Если взять современный иврит, то это восстановленный язык Талмуда. А на идиш говорили германские евреи. Если взять африканские страны, то многие из них потеряли свои родные языки и говорят или на языке религии (арабский), или колонизаторов (например, французский). Православие возникло на основе греческого языка. Взяв в руки этимологический словарь русского, увидим, что многие русские слова возникли на основе древнегреческих. У Макса Фасмера и у других составителей словарей написано, что ряд древнерусских слов тюрко-татарского происхождения. К примеру, сарафан, штаны, казна, таможня, деньги и многие другие. Сегодня, к великому сожалению, татарский язык отделен от интеллекта. У нашего народа только в том случае есть будущее, если наука и образование будут существовать на татарском языке.

Будучи студенткой инъяза КГПИ, я написала свою дипломную работу, связанную со сравнительным исследованием происхождения бизнес-выражений на французском и английском языках. Многие из них имеют латинское происхождение.

– Все восходит к латинскому, так как страны, в которых говорят на французском, английском, немецком языках, когда-то были частью Римской империи. В Европе еще до XVI в. образование осуществлялось на чистой латыни, которая была языком межгосударственного дипломатического, культурного и научного общения.
Проблему обучения на родном языке впервые поднял известный всем педагог и философ Ян Коменский, который ввел классно-урочную систему. Его работы знают все. Только не знают, что главный его тезис: образование должно быть на родном языке, а иностранные языки нужно изучать после седьмого класса. В его книге «Великая дидактика» (Didactica Magna), созданной в 1633-38 гг., описывается, как должна быть устроена система образования. Впервые она была реализована, когда Английская Королева вызвала ученого к себе. После выхода в свет «Дидактики» ученые Королевства начали переводить предметы на английский язык. Уже с тех времен английский стал разрабатываться как язык науки. Швеция тоже не осталась в стороне. Яну Коменскому было предложено подготовить школьную реформу для обучения детей на языке своего государства. Россия приняла образовательную систему из Германии, переводя все предметы на русский язык. Латынь и древнегреческий изучались в гимназиях как предметы.

В течение XVI-XIX вв. некоторые направления науки развивались суверенно: если физика на английском, то математика, в основном, на французском или английском, технические предметы на немецком. Большинство технических терминов заимствованы из немецкого языка. Например, шпион (глазок по-немецки), мотор, гайка, болт. Все названия инструментов, к которым мы привыкли, тоже пришли из немецкого языка.

ОТ МЯГКОГО ПЕРЕХОДА К ЖЕСТКОМУ

– В современной учебной программе есть уроки нравственности, которые были введены десять лет назад.

– В 2010 г. в 19 регионах РФ четвероклассникам начали преподавать «Основы религиозных культур и светской этики» в качестве эксперимента, который затем распространился по всей стране.

Наверное, Вы помните, что в связи с введением нового предмета в школьные программы в регионах поднялось негодование по поводу его преподавания на основе христианства. После этого было дано разъяснение, что в рамках этого предмета в IV-V классах можно изучать на выбор один из шести модулей: православную, исламскую, буддийскую, иудейскую культуры или основы мировых религиозных культур и светскую этику.

В Татарстане остановились на изучении основ мировых религиозных культур и светской этики с учетом интересов всех народов, проживающих на его территории. Есть регионы, в которых изучается или православие, или ислам. Сегодня духовенством Русской православной церкви обсуждается вопрос о преподавании данного предмета вплоть до 9 класса. Так, в 2018 г. патриарх Кирилл призывал увеличить объем преподавания в школах «Основ религиозных культур и светской этики», после чего Министерство просвещения РФ создало рабочую группу для «расширения и углубления» школьного курса «Основы религиозных культур и светской этики». 

К чему приведет такое «углубление»? Естественно, директорат никакой школы, к примеру, в Ульяновске, не станет выявлять желающих учащихся-татар или других народов-мусульман изучать ислам и искать учителя, преподающего ислам. Скорее всего, будут преподавать на основе православия. Точно так же произойдёт в Тюмени, Челябинске и в других городах, где значительную часть населения составляют татары-башкиры. В условиях урбанизации татары стали горожанами. Вопреки тому, что наши писатели и поэты чаще пишут про деревню и прославляют туган авылым, согласно данным Всероссийской переписи населения 2010 г., 70 процентов татар по всей России живут в городах. А сегодня с большой вероятностью можно говорить и о том, что численность татар, живущих в городах, может дойти до 80 процентов. Так что нынче татары – народ городской. Сделайте заключение о судьбе национальных школ сами, исходя только из одного факта: один район Татарстана сдает отчётность по образованию в объеме одной школы города Казани. Все сказанное наглядно демонстрирует, в каком направлении «развивается» Концепция национального образования и в каких условиях это происходит.

– Оглядываясь в свое прошлое, вспоминаю, как у нас в школе факультативно преподавался татарский язык. Получается, это было результатом действий решения ЦК КПСС?

– В те 80-90 годы прошлого столетия, когда Вы получали среднее образование, ещё в деревнях и районных центрах оставались татарские школы. В них разрешалась сдача выпускных экзаменов на родном языке, поскольку тогда соблюдались международные нормы. По русскому языку писали изложение, а по татарскому ставилось более высокое требование – приходилось писать сочинение. В вузах сохранялся негласный порядок: один из принимающих экзамен преподавателей должен был знать татарский.

Татарский язык в русских школах изучался факультативно. Результаты оказались плачевными потому, что родной язык в учебном плане шёл нулевым или седьмым уроком. Такое положение детьми нередко воспринималось как наказание. Среди родителей и учителей, независимо от национальности, появилось выражение «наказание народом». Сегодняшнее изучение родного языка в школах Татарстана по выбору родителей не далеко ушло от этого недавнего прошлого. В других регионах Российской Федерации татарский язык всегда изучался добровольно и факультативно. По нашим оценкам, к этому процессу привлечены всего 7 процентов учащихся из числа татар других регионов России. За 1-2 часа факультативного обучения никакой язык нельзя изучить. Учащиеся скорее знакомятся с тем, что есть такой язык, если есть, видят учебники. Остальные знают о существовании татарского языка из случайных публикаций.

Получается, хотя в нашей стране бесплатное образование осуществляется за счет народных денег, которые поступают в казну в виде взимаемых налогов, представители некоторых народов не могут ими воспользоваться в полной мере. Фактически это чистая дискриминация. Добровольное обучение родному языку в рамках обязательного среднего образования приведет в будущем к неграмотности целых народов. Язык – это не только средство разговора. В действительности знание языков, в том числе языка своего народа, – это вопрос мировоззрения и достоинства человека.

– Считается, что в какой-то мере школы стараются закрыть этот пробел элементами национального воспитания, возрождением народных традиций.

– Вы считаете, что встречать гостей в школе в одежде прошлых столетий –
это возрождение традиций? Давайте посмотрим, какой образ внешнего вида татар культивируется сегодня? Если вы посмотрите фотографии русских женщин, сделанные в XIX в. в Санкт-Петербурге, то увидите, что они были одеты как монашки: платье длинное в пол, без пояса, длинные рукава – рук не видно, а голова покрыта платком. По большому счету, и одежда, и традиции меняются. Допустим, французы не одеваются в одежду прошлых столетий, однако, несмотря на это, не перестают быть французами. Англичане, немцы, русские – все они носят современную одежду. Молодежь стремится к прогрессу, её нельзя заманить национальной одеждой XVIII века в изучение родного языка. Вот о чем я думаю, когда прихожу в татарскую школу и вижу девушек в платьях с оборками, в передниках, мальчиков в косоворотках. Почему-то только у нас считается необходимым встречать гостей под звуки курая, баяна, с народными плясками. Меня ещё больше поражает то, что в школах, где нет преподавания татарского языка, дети наряжаются в татарские одежды прошлых веков. Ладно, если они в таких нарядах проводят экскурсии в школьном музее. А в холле современной школы хотелось бы, чтобы гостей встречали современно одетые учащиеся. Впервые к этой мысли меня привели каталонцы, с которыми я общался при составлении государственной Концепции татарского национального образования. Они сказали: чтобы привлекать родителей и детей, татарские школы должны быть суперсовременными, и в названии и атрибутике все должно быть светским и броским. Такие учебные заведения у нас возникли, мы создали их как лицеи-интернаты для одаренных детей.

ДИТЯ ВЫПЛЕСНУЛИ С ВОДОЙ

– Какова судьба Концепции на сегодня?

– Концепция в Татарстане много раз менялась в зависимости от изменений государственной Концепции образования России. Последний вариант документа «Концепция развития национального образования в Республике Татарстан до 2030 года» разрабатывался недавно при предыдущем руководстве Министерства образования и науки РТ под непосредственным контролем Аппарата Президента РТ. Он был трижды отклонен и в конце концов принят в самых общих выражениях. Однако с тех пор произошло много изменений, которые в результате привели к тому, что нынешняя Концепция не соответствует действующему законодательству.

– Мы осведомлены, что после распада СССР в начале девяностых годов прошлого столетия произошла регионализация многих сфер жизни. Как коснулось это историческое событие образования и науки?

– Как Вы знаете, высказывалось несколько версий распада такой огромной страны, как СССР, где проживали более ста народностей. Одной из предпосылок называлось существование национальных союзных республик. Однако многие уверены, что основной причиной явилась черезмерная централизация государства, нехватка свободы народам, их постепенное ограничение в правах. После выхода союзных республик из состава СССР в России перестали заниматься образованием народов, проживающих в стране. Формально эти полномочия отдали регионам. Сегодня этот принцип соблюдается. Получилось как всегда: «вместе с водой выплеснули и дитя». Допустим, во времена СССР подготовкой учителей на языках народов СССР занимались Министерства просвещения СССР и РСФСР. У них были отделы и управления национального образования. Работал Институт национального образования, на местах работали его филиалы. Например, у нас существовал филиал института национального образования и филиал издательства «Просвещение» – издательство «Мәгариф», в котором печатались учебники для всего татарского народа, проживавшего в разных уголках СССР. Учебники распространялись централизованно. Точно так же распространялись газеты и журналы. В 90-х годах «Мәгариф» отделился от «Просвещения» и стал самостоятельным. А институт национального образования был просто ликвидирован.

В этот период произошли кардинальные изменения, касающиеся институтов, занимавшихся разработкой учебников. Во времена Советского Союза в Москве был Институт проблем национального образования. В одном из его филиалов в Казани ученые профессионально занимались разработкой теории образования на татарском языке и подготовкой учебников. Там же проходила экспертиза учебников. С прекращением финансирования филиалы Институтов в регионах закрылись. То же самое произошло в Татарстане. В составе созданного на его базе Института истории им. Марджани от прежнего Института отстался небольшой кусочек, который называется Центром истории и теории национального образования им.Х.Фаезханова.

– В конце прошлого года я была в Москве на третьем форуме-диалоге «Языковая политика: общероссийская экспертиза». Представители всех национальностей подняли вопрос восстановления деятельности именно этого института. У многих регионов, особенно дотационных, нет финансовой возможности создать самостоятельные институты национального образования. Кроме того, национальные республики озабочены сложностями разработки учебников на национальных языках из-за отсутствия названного Института и его филиалов.

– В Республике Татарстан готовят учебники по многим предметам путем перевода русских учебников. А учебники по татарскому языку и литературе разрабатывают на основе договоров оказания услуг. Нет научных структур, профессионально занимающихся проблемами разработки учебников. Кроме того, Татарстан не может обеспечить бесплатными учебниками всех желающих, проживающих за пределами республики. Татар в регионах России в три раза больше, чем в Татарстане. Они трудятся и оплачивают налоги на местах проживания. Известный факт, что сегодня сам Татарстан 70 процентов собранных в республике налогов отправляет в федеральный центр.

Кроме того, надо отметить ещё один факт: все вузы в республике имеют федеральный статус, вследствие чего руководство республики не может полностью повлиять на подготовку кадров. Что самое страшное: полным ходом идет отделение татарского языка от науки. Впрочем, такая ситуация создалась во всех субъектах РФ.

– Даже во времена моего студенчества научные работы ещё можно было писать и защищать на татарском языке…

– Писать и защищать кандидатские и докторские работы запретили где-то пять лет назад. Существуют более серьезные вузовские ограничения. Откровенно говоря, вузовского образования на татарском языке никогда не было. Казанский государственный педагогический университет, на базе которого в 2005 г. был создан Татарский государственный гуманитарно-педагогический университет, в 2009 г. вошел в состав Казанского (Приволжского) федерального университета. После этого присоединения обучения на татарском языке не осталось и прекратилась подготовка кадров, преподающих на татарском языке. Это значит, что через 10-15 лет татарские школы перестанут сущетствовать из-за нехватки национальных кадров. Учебников уже сегодня нет. Обучать детей татарскому языку в других регионах России тоже будет некому. Зато это соответствует федеральному законодательству, в котором написано, что можно обучаться на родном языке до 9 класса по желанию в пределах возможностей системы образования.

– Вы с такой душераздерающей болью рассказываете о проблемах нацио-
нального образования, что невольно вспоминаешь о тех временах, когда Вас сняли с поста заместителя начальника Управления образования Казани. Если не секрет, за что?

– Нет, не секрет. Об этом знает вся педагогическая общественность. Меня сняли предписанием Генеральной прокуратуры за то, что отказался отправить учителей, работающих на английском языке, обратно на их родину – в Турцию. В лицеях-интернатах предметы физика, химия, биология преподавались на английском языке. Семь лет шла проверка Генеральной прокуратуры, в ходе которой не было выявлено ни одного нарушения федерального законодательства. На седьмом году было дано предписание «Принять меры в организационном порядке, рассмотреть вопрос о соответствии занимаемой должности Лотфуллина М.В. за проведение неправильной образовательной политики». Однако в законе об образовании написано, что в образовании никакая политика не проводится.

Впрочем, предыдущего министра образования и науки РТ сняли в один день тоже предписанием Генеральной прокуратуры за то, что он отказался подписать приказ о прекращении преподавания татарского языка в обязательном порядке. Можно им гордиться, Энгель Навапович оказался настоящим мужчиной.

ВРЕМЯ ПОДЪЕМА

– Вы – сотрудник Научно-исследовательского института механики и математики им.Н.Г. Чеботарева, кандидат физико-математических наук. Как оказались в системе образования?

– Мы, группа ученых, начали заниматься вопросами национального образования ещё в 1985 году. Наша цель была как можно эффективнее воспользоваться той свободой, которую нам подарил первый и единственный президент СССР Михаил Горбачев в период гласности. Он нажал на партийные органы и органы надзора, чтобы они не вмешивались, а народ мог спокойно высказать свое мнение. Это был период активности со стороны населения во всех сферах жизнедеятельности. Мы в это время подняли вопросы об обязательном изучении татарского языка в школах, открытии татарских школ и детских садов в каждом городе и микрорайоне, о подготовке соответствующих кадров. Скажу Вам откровенно, этим занимались не только писатели и учителя татарского языка и литературы. За это взялись такие признанные ученые, как академик, заслуженный деятель науки и техники РФ и РТ, ныне профессор кафедры общей физики КГТУ им. А.Н.Туполева Гали Юнусович Даутов, мой одногруппник по мехмату КФУ; первый проректор Татарского государственного гуманитарно-педагогического университета, доктор технических наук, профессор, заведующий кафедрой вычислительной математики КГАСУ, член-корр. АН РТ Фаил Габдулбарович Ахмадиев. Мы получали поддержку со стороны тогдашнего министра образования, профессора, доктора педагогических наук Васила Габдулловича Гайфуллина и многих других. В наших рядах был нынешний директор Института истории им. Марджани, кандидат философских наук, доктор исторических наук, академик, вице-президент Академии наук РТ Рафаэль Сибгатович Хакимов, депутат Государственного Совета РТ, поэт Разиль Валеев. Они курировали более общие вопросы.

Мы взялись за общее образование, поскольку это корень всех вопросов. Когда человек рождается, он не знает никакого языка. Из него можно вырастить представителя любого народа. Генетически язык не передается, это система общественного воспитания. Ребенок становится человеком в зависимости от системы образования, в которой он вырос.

Центральный вопрос сохранения народа – это наличие целостного образования, начиная от детского сада и заканчивая вузом на родном языке. Это подтверждается всеми международными документами. Проблема сохранения родного языка сегодня стала проблемой всего земного шара. В ООН приняты десятки документов, в том числе против дискриминации языков малочисленных народов, против ограничения уровня образования по признаку языка. Большинство этих документов подписаны многими цивилизованными государствами, в том числе Российской Федерацией. Если придерживаться их, любой человек имеет право получить образование любого уровня на родном языке. Что касается нашего древнего татарского языка, он не умрет лишь без такого внешнего влияния, как насильственная ассимиляция.

Как понимаете, мало написать Концепцию, необходимо её реализовать. Для этого мне пришлось перевестись из Института математики и механики КГУ в Управление образования Казани. Тогда в высших эшелонах системы образования столицы Татарстана татар почти что не было. Я в свое время делал анализ для руководства города. Оказалось, что на тот момент в органах управления образования районов Казани татарский язык знал только один процент из всех руководителей и ведущих специалистов. 95 процентов директоров школ, 98 процентов заведующих детсадами не владели татарским языком.

Мэр города Камиль Шамильевич Исхаков подписал Постановление об укреплении национальными кадрами системы образования Казани, согласно которому предусматривались 15-процентные надбавки преподавателям, работающим на татарском языке. Была также поставлена задача укрепления национальными кадрами Управления образования. Этого удалось достичь за пять лет, когда число руководителей, владеющих татарским и русским языками, составило 50 на 50. Для финансовой поддержки Постановления был создан фонд «Өмет», который проработал с 1997 по 2008 год и имел один процент бюджетных расходов Казани. Конечно, не всем это нравилось. Через два месяца после принятия Постановления с проверками приехали представители Генеральной прокуратуры. Мне пришлось доказывать, что 15 процентов – это доплата за квалификацию всем педагогам, работающим на татарском языке независимо от национальности – русским, татарам, чувашам, марийцам, мордве и другим. Мы подняли все международные документы, согласно которым знание национального языка – это не дискриминация, а квалификация. За нее по закону нужно платить. Прокуратуру удалось убедить, и это действовало на протяжении долгих лет. К сожалению, в 2008 г. надбавка была отменена.

Хотя Татарстан и является республикой, финансирование бюджетных отраслей напрямую подчиняется федеральному центру. Из-за этого в те годы не было возможности укрепить базу дополнительного обучения и воспитания. Благодаря фонду «Өмет», в школах были созданы современные татарские вокально-инструментальные ансамбли, организованы музыкальные и художественные школы. Обновление компьютерного оборудования помогло повышению качества преподавания информатики и других предметов в татарских школах.

ШАГ ВПЕРЕД, ДВА ШАГА НАЗАД

В течение пяти лет, когда я был руководителем филиала Конгресса татар по Казани, приходилось тесно общаться с плеядой выдающихся ученых-татар, живущих в Москве, других городах России и за рубежом. Представители нашего народа работают в самых разных областях современной науки, добиваясь международного признания, и необходимо их пропагандировать. Татары являются высокоинтеллектуальным народом. Именно поэтому, я считаю, татарский должен сохраниться языком науки.

К сожалению, начиная с 1965 г. образование в нашей стране как на русском, так и татарском языке значительно отстаёт от европейского. Иногда я спрашиваю у педагогов о классно-урочной системе Коменского, они отвечают, что класс – это группа людей одного возраста. На самом деле, класс – это уровень знаний. Только человек, усвоивший один уровень знаний, может перейти на следующий. Если ребенок не может усвоить назначенный уровень знаний, то он переходит на обучение по другой программе. В Европе три уровня знаний и учащиеся получают соответствующий своим знаниям документ об окончании среднего образования.

Систему европейского разноуровнего образования создал известный немецкий педагог, председатель «Всеобщего немецкого учительского союза» Фридрих Адольф Вильгельм Дистервег. Он в своей книге «О природосообразности и культуросообразности в обучении» рекомендовал учить детей согласно способностям, на традициях и языке своего народа. Педагог считал, что если у ребенка нет способности к математике, то его нужно обучать другому предмету. Синусы и косинусы изучают только те, кому эти предметы пригодятся в будущей профессии. Интересны его предложения по культуросообразности. Ученый считает, что людей не нужно воспитывать в какой-то отвлеченной культуре, а нужно воспитывать в своей национальной среде и национальной культуре. Более того, по его мнению, и преподаватели должны быть представителями этой культуры. Поскольку каждый народ оригинален, имеет право передавать свои достижения потомкам. Наша система образования обделяет наших детей. Европа ушла далеко вперед. Мы не смогли подняться на этот уровень. У нас уравнивают по нижнему уровню, а не по высокому, как у них.

Фактически мы отказались даже от системы Коменского и перешли на систему медресе. Все сидели 10 лет, ходили на занятия. В результате получилось как у Габдуллы Тукая «Күп яттык без мәдрәсәдә/Аңламадык бер нәрсә дә;/Селкенмәдек таш төсле без,/Җилбер-җилбер җил бәрсә дә.

Я считаю, что сам Габдулла Тукай был высокообразованным гением. В музее Г.Тукая можно увидеть программу, по которой он какое-то время обучался. Среди предметов есть французский, английский, русский, арабский, логика, география, история и другие. Даже в XIX-XX веках детей учили говорить и спорить.

– Теоретически в будущем может ли английский в России стать одним из государственных языков?

– Может. Наши представители изучали сингапурскую методику. У них обязательным условием является экзамен по родному языку. Если ученик не сдает его, то в седьмой класс он не попадает. Национальным языком в Сингапуре по историческим причинам является малайский язык. Официальными языками являются английский, путунхуа, малайский и тамильский.

У нас уже идет постепенный переход. Большинство телевизионных программ скопированы с английского, фильмы идут в переводе. Все точные науки базируются на английском языке. К примеру, в математике, синусы и косинусы, квадрат, биссектриса, многие другие термины – это английские слова. Сам термин «алгебра» происходит с арабского слова «аль-джабр» – восполнение. Слово «алхимия» попало в европейские языки тоже из арабского. Тригонометрия – наука индусов, на греческом означает измерение треугольников. Даже слово «история» пришло из греческого языка, которое там звучит как «historia». Сегодня все ученые – математики и физики, химики и биологи в России – свои научные труды печатают на английском и все читают научные публикации на английском языке.

– В этом году предстоит Всероссийская перепись населения 2020. По-вашему, ее результаты могут повлиять на образование в нашей стране?

– Как уже Вы поняли, языковая политика России в образовании способствует быстрой ассимиляции. Исходя из этого хотите спросить, не уменьшится ли число татар, по сравнению с результатами переписи 2010 года. Естественно, ассимиляция измеряется и тем, владеет ли человек своим родным языком или не владеет.

По данным переписи 2010 года 20 процентов татар не владели родным языком. Это означает, что к тому времени ассимиляция составила 20 процентов. Однако данные переписи населения – достаточно условная вещь, их проверить невозможно.

Окончательные данные находятся в федеральных органах. Уполномоченные на это органы оглашают лишь итоговый официальный вариант, и их проверить невозможно. Сегодня нет возможности узнать реальное количество татар, проживающих на территории Российской Федерации. Я несколько раз обращался в Министерство образования и науки Российской Федерации, чтобы вести учет детей по национальностям. От этой информации зависит необходимое количество учителей и учебников. В российских школах учет учеников ведется по ряду параметров – полу, возрасту, нет только данных по национальному признаку. В этом есть своя заковырка. По количеству детей школьного возраста легко определить реальное количество всего народа. Ясность в этом вопросе может создать дополнительные трудности по части организации преподавания национальных языков. В Германии, например, если набирается 500 детей, то бесплатно открывается школа на их языке.

– Хотелось бы более подробно поговорить о проблеме, которая до сих пор не перестает волновать общественность. Это ФГОС.

– ФГОС возникли на основе общеевропейских образовательных компетенций. В 2004 г. Союз Европы одобрил образовательные компетенции, которые были ранее приняты всеми странами Европы. Было предложено и другим странам их внедрять. Это некие стандарты для всех стран, независимо от того, где человек учился, и в конечном итоге показывает его компетенцию и уровень образования.

Российские вузы давно входят в европейское образовательное пространство. А начиная с 2007 г. в него вошли школы. По европейским стандартам самая главная компетенция – по родному языку. Учащийся, не сдавший экзамен по родному языку, не считается образованным. У нас эту компетенцию убрали. Вместо нее все компетенции по родному языку перевели на русский язык. Получается, что если учащийся сдает экзамен по русскому языку, но по родному языку ничего не знает, то он считается образованным и получает соответствующий документ об образовании.

До введения ФГОС с такими ограничениями была еще одна существенная ситуация – перевод ответственности за образование на языках народов на регионы. Татарским образованием занимался только Татарстан. Россия к этому никакого отношения не имела ни в части учебников, ни в части материального обеспечения, ни в части подготовки учителей. В Татарстане татарское образование развивалось, зато в регионах оно умерло из-за отсутствия учителей и учебников. Для трех четвертей татар национального образования не стало. Правда, были заключены договоры с регионами и розданы учебники. Но как насильно отправишь учителей? Если мониторинг количества детей и учебников, подготовка педагогов не ведется, к чему это приводит? Возьмем, к примеру, село Барда, расположенное на юге Пермского края, где все 100 процентов населения составляют татары. Таких районов нет даже в Татарстане. Раньше для них в педучилище в городе Оса готовили воспитателей и учителей начальных классов, владеющих татарским языком. В 90-х годах это направление обучения было закрыто. Решение принималось руководством Пермского края. В Казани сегодня закрыты все билингвальные группы по подготовке воспитателей детских садов.

Сегодня уже на улицах Барды редко услышишь татарскую речь, а через тридцать лет вовсе не останется жителей, знающих татарский язык. В тамошних школах он преподается один час факультативно. Даже национальный праздник Сабантуй проходит на русском, если не считать вкрапления нескольких концертных номеров на родном языке. За тридцать лет чисто татарский регион обрусел полностью.

В 2012 г. все полномочия республик по образованию сведены на нет. Национально-региональный компонент был изъят из учебных программ, а перед введением ЕГЭ и ФГОС произошли существенные изменения в Законе об образовании. Теперь республики не могут создавать образовательные программы, учебные планы, определять количество часов и не могут определять язык преподавания. Язык выбирают родители. Все примерные образовательные программы, учебники утверждает Москва. В федеральном центре пока отсутствуют структуры, которые занимались бы мониторингом создания условий образования на родном языке и изучением родных языков, подготовкой кадров и подготовкой учебников. А у регионов уже таких прав нет. В Министерстве просвещения РФ необходимо восстановить Управление по национальному образованию с полномочиями мониторинга создания для него условий, подготовки кадров и учебников. Естественно, нужен соответствующий институт, поскольку чиновники такими вопросами заниматься не могут. Сегодня в Российской Федерации ответственность за систему национального образования и права Министерства просвещения номинальны. Такое ощущение, что начиная с 2017 г. директорами школ руководят надзорные органы, которые вносят предписания и дают указания относительно количества часов преподавания. Тогда же в середине учебного года Прокуратура вышла с проверками, в результате которых была сокращена учебная нагрузка и были уволены педагоги, что напрямую противоречит Закону о труде. В первую очередь сократили количество часов по преподаванию родных языков. Хотя в «Законе об образовании в Российской Федерации» №273-ФЗ ст.13 п.10 говорится: «Федеральные государственные органы, органы государственной власти субъектов Российской Федерации, осуществляющие государственное управление в сфере образования, органы местного самоуправления, осуществляющие управление в сфере образования, не вправе изменять учебный план и календарный учебный график организаций, осуществляющих образовательную деятельность». Несмотря на то, что после внесения изменений в Закон об образовании этот пункт остался в прежнем виде, школы, получив предписание Прокуратуры, были вынуждены его выполнить. Введено преподавание родного языка только по заявлению родителей, хотя на тот момент в законе об этом ничего не было сказано.

Уже в августе 2018 г. эти действия были узаконены путем внесения соответствующих изменений в Закон об образовании. Теперь родные языки можно изучать и обучаться на них только до 9 класса. Это существенное ограничение и нарушение международных договоров, в которых говорится, что не может быть ограничения по уровню образования по признаку языка. Высшее образование можно получать только на базе среднего образования. Это означает, что если вы учитесь на родном языке и изучаете родной язык только до 9 класса, то теряется возможность получения высшего образования на родном языке и как следствие – готовить учителей родных языков. Это срезает корень национального образования. Через 15 лет все исчезнет автоматически.

Кроме этого, введена возможность изучения русского языка на выбор за счет родного языка. Однако свободный выбор не может быть не в равных условиях. Мы понимаем, что преимущество русского языка огромное. По русскому языку учащиеся сдают обязательный экзамен, баллы которого учитываются при поступлении в любой вуз. В наше время, чтобы поступить на мехмат, по русскому языку важно было просто получить положительную оценку, а теперь баллы по русскому языку являются конкурсными. Лишние три часа в течение 11 лет дают большое преимущество при подготовке к ЕГЭ. Кроме того, и общие предметы ведутся на русском языке. Возникла ещё одна искусственная проблема. Языки народов разделили на два предмета: родной язык и государственный язык республик. Хотя это один и тот же язык. Государственный язык – это статус языка. Родной язык означает, что это язык твоего народа. Однако при этом ни правила, ни методика преподавания не меняются. Например, во ФГОС нет предмета «государственный язык Российской Федерации». Там есть предмет «русский язык», а в Республике Татарстан есть два татарских языка: татарский язык как родной и как государственный язык республики. Татарский язык как родной можно преподавать обязательно, а как государственный – только факультативно. В Татарстане его и факультативно не преподают. У нас есть только преподавание родного языка, который выбирают только родители из двух: или русский, или татарский. По некоторым данным, в Татарстане 67 процентов родителей как родной выбрали татарский язык преподавания. Нельзя быть уверенным, что при следующих проверках кто-то из родителей не откажется от своего выбора, что будет знаком к шуму в заинтересованных СМИ перед принятием поправок к Конституции РФ. К чему приведет такая ситуация, для нормального ума непостижимо.

Есть разные варианты введения ограничений в области обучения детей в национальных школах на родном языке. Кроме обновленного Закона об образовании, существуют подзаконные акты, как, например, предписания Рособрнадзора, который запретил использовать существующие учебники на татарском языке по математике, биологии, физике, химии и другим предметам. В ведомстве требуют их повторно вводить в список разрешенных учебников. Однако они в свое время переводились с учебников на русском языке, которые находились в списке разрешенных. Чтобы включить их в список дополнительно, как настаивает Рособрнадзор, теперь необходимо пройти экспертизу в Академии наук РФ. А Академия, в свою очередь, требует переводить учебники обратно на русский язык, хотя русские оригиналы уже получили эти разрешения. Получается какой-то бред. Несмотря на то, что процедура платная (700 тысяч рублей за каждый учебник), Татарстан готов запустить ее. Вся загвоздка в том, что её не разрешают начинать. Это значит, если в ближайшее время не будет получено разрешения, то и учебников не будет. Это может привести к тому, что школы, в которых преподают предметы на татарском языке, останутся с учебниками на русском языке.

Нужно признать, что наша существующая «Концепция развития национального образования в Республике Татарстан до 2030 года» уже не соответствует новому законодательству и необходимо разработать новую концепцию. Пока этим никто не занимается, поскольку не ясно, как подладиться под новое законодательство. Это, скорее всего, выяснится после принятия изменений в Конституцию Российской Федерации. Пока поправки к Закону об образовании оправдывают действия Прокуратуры РФ, но они не соответствуют Конституции РФ. Думаю, изменения некоторых статей Основного закона страны дадут возможность все это узаконить. Для нас самое печальное, если произойдёт изменение полномочий национальных республик. В таком случае возможность исчезновения понятия государственных языков республик очень велика.

Марат Вазыхович, вечные российские вопросы: кто виноват и что делать?

– Никогда не бывает виновата только одна сторона. Татарстан сегодня – это демократическая многонациональная республика. Мы здесь на протяжении веков бок о бок живем с русскими и другими народами. Без поддержки русского народа сохранить татарский язык проблематично. Со своей стороны наверху тоже должны понимать, что русский язык в условиях глобализации сам основательно притесняется английским языком. Как тут не вспомнить пророческие слова великого Тукая: нам уготована единая судьба.

А что касается того, что можно сделать на сегодняшнем этапе, один из вариантов найден. Это полилингвальные школы, которые создаются фондом «Возрождение». Концепция полилингвальной школы разрабатывается в Татарстане с 2000-х годов. Примерами таких школ могут служить лицеи-интернаты для одаренных детей. Там обучение ведется на четырех языках. Полилингвальные педагогические кадры готовились в Казанском педагогическом университете, который, к сожалению, был ликвидирован путем присоединения к К(П)ФУ. Но пока кадры есть, их успешное развитие является залогом организации полилингвального университета, где появится возможность подготовки кадров с высшим образованием по философии, юриспруденции, международным отношениям, литературной критике, работающих на трех и более языках, в том числе и на татарском, и занимающихся проблемами и судьбой татарского народа. Учеными Татарстана разработан проект открытого сетевого полилингвального университета. Естественно, такой вуз нужен в российском масштабе. Несмотря на существование огромного количества болевых точек в сфере национального образования, я верю, что со временем они сойдут с повестки дня. Конечно, отрадно, если путем положительного решения.

– Марат Вазыхович, спасибо Вам за открытую, эмоциональную беседу. Возможно, не все читатели и сотрудники журнала согласятся с Вашими мнениями и доводами к ним. Мы с Вами обсудили самые острые вопросы национального образования, которые беспокоят не только интеллигенцию, но и широкую общественность.

Сюмбель ТАИШЕВА

Добавить комментарий