Дадут ли Шарафееву стать местным Макаренко?

В ясный день из окон нашей редакции виднеются дома Верхнеуслонского района. И, наоборот: стоя на высоком правом берегу Волги, можно лицезреть нашу столицу. В один из прекрасных летних дней мы наблюдали за панорамой Казанского Кремля из здания управления образования Верхнего Услона, в котором состоялась встреча с его руководителем Виленом Вакифовичем Касимовым, директорами школ и их заместителями. Во время знакомства оказалось, что за круглым столом сидят не просто опытные педагоги, имеющие большой стаж, а близкие родственники. Ильдус Анварович Шарафеев – директор Матюшинской школы, его супруга Римма Анваровна Шарафеева является заместителем по учебной работе. Мы удивились, узнав, что и руководители Татарско-Бурнашевской школы – ее директор Сергей Михайлович Бочков и его заместитель Марина Николаевна Бочкова – тоже красивая семейная пара. С ними мы – главный редактор журнала «Магариф» Сюмбель Таишева и мой заместитель Расиха Фаизова – пытались понять, какие перспективы есть у сельских школ пригородного района и что необходимо изменить в стандартах ФГОС для того, чтобы они дали импульс к развитию школ с сельскохозяйственным направлением.

ХРОМАЯ ДЕМОГРАФИЯ

Редактор. В 90-х годах прошлого столетия в крупных странах Европы, в том числе во Франции, на заре глобализации началась миграция городского населения в пригороды. Мы, студентки французско-английского отделения иняза, не совсем понимали (возможно, в силу своей юности), как можно поменять квартиру с видом на Эйфелеву башню на жизнь в провинции. У нас в России этот процесс начался лет десять назад, а карантинная ситуация из-за коронавируса только подстегнула его. Однако перед тем, как решиться на покупку дома в районе, родители прежде всего интересуются условиями в образовательной системе. Вилен Вакифович, как обстоят у вас дела со школами и детскими садами?

Вилен Касимов. В Верхнеуслонском районе проживают около 15 тысяч человек. В последние годы к нам приезжает много дачников. По нашим данным, до 80% приезжих составляют казанцы, летом их численность колеблется от 80 до 100 тысяч, включая дачников многочисленных садовых обществ. В последние годы появилась такая тенденция, что многие из них устраивают своих детей в детские садики и школы района. Надо принять во внимание, что эти люди прописаны в Казани, где платят налоги, которые, соответственно, там и оседают.

На территории Верхнеуслонского района находятся 16 школ, включая лицей Иннополис для одаренных детей, открытый в 2016 году. Несомненно, его выпускники занимают первое место в рейтинге успеха. В России всего несколько учебных учреждений подобного уровня. В них учатся с 7 по 11 класс подростки, прошедшие на протяжении трех этапов вступительные конкурсные испытания и психологическое собеседование. Как вы знаете, программа лицея рассчитана на углубленное изучение физико-математических дисциплин, изучение и использование современных компьютерных технологий. В лицее имеется 24 классных кабинета и предметные кабинеты-лаборатории по химии, физике, биологии, технологии. С лицеистами Иннополиса мы не можем соревноваться ни по уровню преподавания, ни по уровню оснащения. Второе и третье места по качеству образования занимают Матюшинская школа (60 учеников) и Татарско-Бурнашевская школа (36 учеников).

По итогам прошедшего учебного года из 101 выпускника 21 – медалисты. Есть у нас и высокобалльники, кто-то набирает до 98 баллов, но кто-то тянет вниз средние показатели. Находим возможность использовать материальный стимул. Талантливым ученикам выделяем стипендии в сумме 40 тыс. рублей, а учителя, подготовившие их, получают достойные премии. Можно сказать, что среди школ республики мы находимся в золотой середине.

Одиннадцатиклассники в качестве предметов для сдачи ЕГЭ чаще всего выбирают физику, информатику, обществознание. В том, что район находится недалеко от Казани, есть большое преимущество: многие выпускники выбирают столичные вузы. Среди них в пятерку по предпочтениям входят Казанский национальный исследовательский технический университет им. А.Н.Туполева (КАИ), КПФУ, КХТИ, Казанский государственный аграрный университет. В прошлом году несколько выпускников уехали в Санкт-Петербург.

Редактор. В целом по республике по некоторым предметам наблюдается нехватка педагогических кадров, а средний возраст – 45 лет. Молодые не торопятся идти работать в школу. В общении с нами многие директора школ жалуются, что учителя, окончив педагогический колледж или вуз, в школе работают пару месяцев и сразу уходят в декретный отпуск или увольняются. Каков средний возраст педагогов у вас и с какими проблемами вы сталкиваетесь?

Вилен Касимов. Оптимизация учебных учреждений из-за сокращения численности детей, поступающих в первые классы, привела к уменьшению численности педагогов на 20-30%. Средний возраст учителей в районе составляет около 37 лет. Сегодня одна из самых острых проблем для образовательной системы, знаете, какая? Наша хромая демография! Вместе с лицеем Иннополис в районе насчитывается 2041 учащихся, из них 1502 ребёнка учатся в наших классических школах. Нас радует, что нынче численность школьников несколько выросла, по сравнению с прошедшим годом, когда их было всего 1464. Нынче ожидаем прихода 228 первоклассников. В Верхнеуслонской гимназии раньше формировали по два первых класса, а в этом году уже наберутся все три.

Редактор. Расположенный прямо напротив Казани Верхний Услон всех манит своей природой. Сегодня навстречу нам попалось много детей. Возможно, это не только местная детвора, но и дети, которые приехали на каникулы. После коронавирусной эпидемии многие горожане меняют свои городские квартиры на сельские дома. Есть ли ясельные группы для молодых мамочек, которые хотят выйти на работу?

Римма Шарафеева. В Верхнем Услоне 16 детских садов. Пока ясельных групп нет. Однако, если родители должны выйти на работу, в группы принимают деток с полутора лет. Во многих деревнях и селах работы нет, поэтому молодые мамочки спокойно сидят до трех лет. С другой стороны, рождаемость на селе снизилась, молодежь переезжает жить в город. Отсюда, с одной стороны, вытекает проблема заполняемости школы учениками, а с другой – обеспечение их молодыми кадрами, владеющими современными технологиями. На местах таких крайне мало, часть учителей приезжает из Казани.

Сергей Бочков. К счастью, пока ещё некоторые выпускники возвращаются в школы в новом статусе – в качестве учителя. У нас таких шесть. Правда, еще несколько лет назад их было больше. Но течение жизни не остановить: кто-то переехал, кто-то вышел замуж и ушел из системы образования. Долгие годы в республике очень успешно работала программа поддержки молодых семей. Это был мощный стимул: получив финансовую поддержку, люди после завершения высшего образования приезжали в села, строили дома и оставались жить насовсем. Тогда и образовались в школах учительские семьи.

Редактор. Когда я начала уточнять фамилии участников, то оказалось, что на круглый стол приехали не просто директора школы и их заместители, а две супружеские пары – муж и жена.

Римма Шарафеева. Да, мы с Ильдусом из одной семьи. Вот к сорокалетию совместной жизни он мне кольцо с рубином подарил. (Ред. – Римма Анваровна смеется). День и ночь не покладая рук работаем на школу. Так получилось, что наши отцы были тезками, то есть их обоих звали Анвар. Вот и незнакомые думают: кто перед ними: брат и сестра или семья? Что и говорить, у нас вся школа – это одна семья (Ред. – Пока я стараюсь понять, является ли это образным выражением, все дружно смеются). Ильдус Анварович преподает географию и технологию, а я обучаю детей математике. Не только мы с мужем прикладываем все усилия, чтобы наша школа жила. К примеру, наша дочь-учительница едет в школу из Казани, чтобы преподавать географию в 5 – 6 классах. Сын работает мастером производственного обучения в нашем учебном центре. Они оба, как и многие молодые педагоги, вынуждены работать по совместительству из-за того, что в школах мало набирается часов по предметам. В нашей школе английский язык преподает учительница, которая тоже специально приезжает из Казани.

ЕДИНСТВЕННАЯ В ТАТАРСТАНЕ

Ильдус Шарафеев. Отдельный вопрос, более серьезный, на котором хотелось бы остановиться, – это гранты. В рамках ФЦПРО «Лучшая школа» в 2008 и 2017 годах мы дважды выигрывали гранты на развитие школы по миллиону рублей. Однако проблема в том, что, однажды выиграв грант, на следующий раз ты можешь претендовать только через пять лет. Очень хотелось бы, чтобы на правительственном уровне условия получения грантов были пересмотрены, а периодичность их получения была бы сокращена до двух-трех лет. Объясню, почему. Раньше в нашем районе будущих трактористов готовили в ПТУ №1. После его закрытия их обязанности передали в нашу школу без надлежащей современной технической базы. На финансирование по гранту мы были вынуждены сделать выбор: купить трактор или тренажер. Купив тренажер, поняли: в учебном процессе без трактора не обойтись.

Начиная с 9 класса учащиеся, как в прежние времена, могут освоить профессию тракториста. За последние четыре года по этому направлению у нас обучились 62 старшеклассника. В районе существуют и базовые, и частные сельхозпредприятия, где в дальнейшем они смогут работать и уже работают.

Второй важный вопрос. Министерство сельского хозяйства дает гранты фермерским хозяйствам. Однако школы, которые готовят будущих работников для сельхозпредприятий, не имеют права подать заявку на грант. Учитывая, что в Татарстане нет ни одного учебного учреждения, которое готовит таких специалистов, могли бы для нас сделать исключение.

Находясь в Белгородской области, я изучил опыт сотрудничества школ с базовыми предприятиями. Сегодня у них частично осуществляется дуальное обучение, когда

часть учебного процесса в виде практики проходит на сельхозпредприятии. У нас складывается иная ситуация, когда в условиях востребованности специалистов мы не можем получить грант на обучение и техническое оснащение учебного центра. В результате наши воспитанники не могут проходить надлежащую практику.

Редактор. Руководители сельскохозяйственной отрасли, как нам кажется, очень внимательно относятся к подобным предложениям.

Ильдус Шарафеев. Нынешний заместитель Председателя Госсовета РТ Марат Готович Ахметов, будучи вице-премьером – министром сельского хозяйства Татарстана, был у нас в гостях в далеком 2007 году и подарил культиватор. На данный момент у нас есть перспективный план. Раньше были МТС (машинно-тракторные станции), где сконцентрировалась вся сельхозтехника, которую отпускали по заявкам. Тогда мы были участниками молодежного движения – Союза сельской молодежи. Существуют рекомендации Минсельхоза на базе государственно-частного партнерства создать частично МТС на базе района. В этом случае фермеры смогли бы получать помощь и поддержку в виде техники. К примеру, фермер заказывает технику и после произведенной оплаты к нему приезжает силосно-уборочный комбайн и осуществляет необходимую работу. Глава Верхнеуслонского района Марат Галимзянович Зиатдинов поддержал наш почин, и мы за его подписью подготовили письмо в Минсельхозпром РТ с предложением организовать соответствующие курсы. Почему именно в школе, спросите вы. Наши педагоги опытные, однако нужна современная материальная база, которая позволит ученикам обучаться на новых, а не на допотопных моделях. Приведу пример. Четыре года летом мы с учащимися работали на зерноуборочном комбайне Acros 585, а остальное время комбайны (их у нас два) находились как наглядное пособие на ответственном хранении в школе. В прошлом году комбайны срочно понадобились для сельхозпроизводства. А у меня в это время шла учеба, поэтому я не смог контролировать ситуацию. Без нашего согласия комбайны забрали, и теперь они в калашном ряду стоят как утильсырье.

Редактор. Помню времена, когда мои городские кузены с нетерпением ждали наступления лета. Они приезжали в Азнакаевский район и работали помощниками комбайнёров, получая высокую по тем меркам зарплату. На эти деньги после летнего сезона они могли себе позволить купить не только велосипед, но и мечту всех парней – мотоцикл. Какая современная техника нужна вам, чтобы привлечь молодежь к учебе?

Ильдус Шарафеев. К примеру, у нас есть тренажер белорусского трактора МТЗ-1221. Соответственно, нужен трактор. После получения второго гранта мы сначала хотели купить настоящий трактор, поскольку он принесет пользу и деньги. Но с точки зрения безопасности, как я своих учеников могу научить ездить в городе на тракторе? До решения вопроса я ездил в Москву и изучал сельхозтренажеры компании поставщика Forward, впоследствии из Новосибирска нам привезли тренажер стоимостью 1 млн 409 тыс. рублей. Этот тренажер, к счастью, с 2017 года никак не ломается (Ред. – Ильдус Анварович от души смеется).

Редактор. Меня удивляет, как точно вы помните все детали. А существуют ли в России школы наподобие вашей?

Ильдус Шарафеев. Как же можно забыть незабываемое! После приобретения тренажера мы отправили отчет в Москву в объеме 5 килограммов. (Ред. – он от души смеется). Вот такая у нас бумажная волокита.

Действительно, подобные школы в России, имеющие действующую сельхозтехнику в своем активе, существуют. Добавлю, что мы – единственная школа Татарстана, которая состоит в Ассоциации сельских школ России. Я был в Иркутске, Белгороде, Волгограде, Тамбове и хочу сказать, что надо ездить друг к другу и общаться, изучать опыт и внедрять его. В 2018 году коллеги изучали наш опыт организации профессионального обучения в средней школе с агротехнологическим направлением.

Римма Шарафеева. Несколько лет назад мы были победителями всероссийской интеллектуальной игры «Начинающий фермер» и в Татарстане заняли первое место. Все последние годы тесно сотрудничаем с Московским политехническим колледжем им. П.А.Овчинникова и в начале этого года (из-за пандемии сроки его перенесли) хотели сделать совместный проект отдыха москвичей в нашем районе. Для этого у нас имеются все необходимые условия.

Наряду с аграрным, у нас есть ещё второе сильное направление – это военно-патриотическое воспитание. Так, в нашей школе с 16 лет учащиеся получают права на вождение квадроциклов. Таким образом, мы готовим допризывников в армию. Имея на руках права, получив знания, учащиеся с удовольствием идут служить в армию, где могут ездить на этой технике по тренировочным полигонам и даже на снегоходах по Арктике. Не забываем и о профориентации для девочек. Только что получили грант компании «Ритек», что позволило нам закупить для наших школьниц швейные машинки – две промышленные и один оверлок. Даже манекен привезли. Пока наши технологи должны научить девочек шить одежду. А затем планируем открыть швейный цех.

Редактор. Какие законопроекты могли бы на ваш взгляд облегчить жизнь педагогов?

Ильдус Шарафеев. Наша Матюшинская школа тесно сотрудничает с Аграрным университетом. Сегодня главное требование, чтобы аграрное обучение в образовательных учреждениях соответствовало ФГОС, в этом случае нужно в большем объеме преподавать биологию, включить основы животноводства и основы сельскохозяйственной техники, агрономии и животноводства. Так было в прежние годы, сейчас этого нет. Мы продвигаем этот вопрос в Ассоциации сельскохозяйственных школ. В Якутии и на Дальнем Востоке этот вопрос решен, хотя на законодательном уровне окончательно не закреплен. Ведь подобный вопрос не может быть решен на уровне региональной власти. Тут нужны полномочия Правительства Российской Федерации.

Существует проект «Энциклопедия сельских школ», руководителем которого является Николай Махнёв. Он полагает, что необходим такой проект, когда городские, к примеру казанские ученики, смогут отдыхать на каникулах в сельских школах. В этом случае база будет располагаться в школе, однако ее необходимо дооснастить до существующих стандартов, обеспечить питанием, согласно утвержденным меню, и тд. До сих пор не можем проработать этот вопрос. Мы бы могли провести летние курсы по работе на сельхозтехнике и научить детей работать на ней. Район мог бы выиграть за счет проведенных экскурсий и внедрения новых рабочих мест. Из Якутии на осенние каникулы к нам приезжали десять детей сроком на 10 дней. Подобный проект можно было бы проработать на республиканском уровне по всем районам. Был в жизни и такой пример, когда к нам в гости приезжали американские студенты: они жили в семьях, а днем обучались в школе.

БОРЬБА ЗА СОХРАНЕНИЕ ШКОЛЫ

Ильдус Шарафеев. Самое сильное беспокойство нашего педагогического коллектива связано с угрозой возможного закрытия школы. У нас единственная в районе школа, куда приезжают дети из шести населенных пунктов. И то набирается всего 36 учеников. В рамках проводимой оптимизации поднимается вопрос об ее упразднении. Родители и педагоги, конечно, против закрытия. Мы подготовили проект реконструкции на 80 мест, предлагая переформатировать школу под интернат, которому можно было бы отдать целый этаж. В этом случае мы можем принять не только районных, но и казанских ребятишек из многодетных или неблагополучных семей. Они, кроме изучения школьных предметов, смогут жить в реальной сельской среде, привыкая к труду. Наши обращения по этому поводу в Минобрнауки Татарстана и к Заместителю Председателя Государственного Совета Республики Татарстан, который курирует создание полилингвальных школ, Татьяне Ларио- новой пока остались безрезультатными. Очень хотелось бы попасть на прием к руководителям татарстанского правительства для решения этого сложного вопроса, касающегося населения шести деревень.

Борьба за сохранение школы идет не на шутку, а на жизнь. Не поверите, но в пошлом году я целую неделю против своей воли, а по воле супруги жил в автобусе, который купил на личные деньги, чтобы привозить детей из соседних деревень. Жена меня домой не пускала, говоря: «Раз купил, там и живи – в своем автобусе!»

Редактор. Ну Вы шутник, Ильдус Анварович!

Ильдус Шарафеев. Нет, какая уж тут шутка. Сам лично каждый день привозил учеников в школу. Автобус, правда, недавно пришлось продать. Понимаете, мы эту школу сами построили в 1993 году, начав с разработки проекта. Вложили всю свою молодую энергию и силу.

Редактор. Боже, на какие жертвы идут педагоги ради своего дела жизни.

Ильдус Шарафеев. Более того, наши две коровы целый год давали «не молоко, а бензин» для автобуса. (Ред. – Ильдус Анварович и Римма Анваровна оба смеются).

КТО ОТМЕНИЛ ТРУДОВОЕ ВОСПИТАНИЕ?

Редактор. В последние годы, не секрет, отношение общества к педагогам и воспитателям стало больше потребительским. Тут и там в социальных сетях появляются негативные выбросы, провокационные ролики…

Сергей Бочков. Наша Татбурнашевская школа была построена ещё раньше, чем Матюшинская – в 1985 году. У нас учатся около 60 детей, чуть больше, чем у соседей. Преимущество малочисленности школы в том, что большая часть детей получают как бы индивидуальное обучение.

Сегодня мы сталкиваемся с серьезной проблемой взаимоотношений родителей и детей. Как и в большинстве городов и районов, родители целыми днями пропадают на работе, и после тяжелого рабочего дня они не готовы заниматься своими детьми. Многие папы-мамы уезжают в шесть утра в город, а возвращаются через двенадцать-четырнадцать часов поздним вечером. Более того, они отвыкли заниматься своими детьми, не находят и десяти минут, чтобы проверить дневник и домашнее задание. У многих нет общего увлечения, хобби, все члены семьи свободное время проводят в гаджетах. Раньше ученик до и после школы должен был дров наколоть, воды натаскать, во дворе прибраться, еду приготовить и за скотиной приглядеть. Сейчас этой работы нет. В результате все больше наблюдаем проблемных детей, предоставленных самим себе. Родители не уделяют должного внимания своим отпрыскам и всю ответственность хотят переложить на школу.

Считаю, что для того, чтобы дети не ленились, освоили востребованные в жизни профессии, необходимо на законодательном уровне обсудить и ввести пятую трудовую четверть. У многих общеобразовательных учреждений есть большие пришкольные участки, однако без письменного согласия родителей мы не можем привлекать детей к работе. Более того, Федеральный закон № 44-ФЗ от 5 апреля 2013 года «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», регламентирующий порядок осуществления закупок товаров, работ и услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, заключение контрактов и их исполнение, с 2014 года ограничивает нас по поставке продуктов. Это осложняет нашу работу. Хотя мы сами возим произведенную на пришкольном участке продукцию в санэпидстанцию для проверки на нитраты и нитриты. В то же время заготовленные самими учениками овощи и фрукты позволили бы наполовину снизить стоимость обедов и завтраков.

Сегодня коснулись темы интернатов. Существуют различные мнения о них. Кто-то считает, что этот формат не всем подходит. Однако согласитесь, что детям и подросткам из неблагополучных семей, из семей, где есть пьющие родители и дети недоедают, интернат со всех сторон является спасением. Здесь детей обеспечат хорошим сбалансированным питанием, занятиями в спортзале, вниманием и заботой. Они получат все необходимые знания и навыки, которые пригодятся в сельхозсфере.

Марина Бочкова. Во время эпидемии коронавируса родителям было очень тяжело, особенно в многодетных семьях. Мамы звонили и просили найти возможность устроить формат интерната в школах, комментируя: «Мы готовы трижды в день сами носить вам и детям еду». Мы, учителя, часто видим результаты невнимательного отношения родителей к детям. Если в школе они еще находятся под постоянным контролем педагогического коллектива, то после окончания школы, будучи предоставлены сами себе, делают порой серьезные ошибки, в том числе связанные с противоправными действиями. К сожалению, неблагополучные семьи в целом по району тоже встречаются. Присоединяясь к мнению Ильдуса Анваровича, хочу сказать, что в таких ситуациях интернат может не только школу спасти, но и в какой-то степени спасти общество от серьезных социальных проблем в будущем.

Сюмбель ТАИШЕВА
Фотографии Р.Фаизовой

Добавить комментарий