О цензуре в прессе Татарской АССР

Ровно сто лет прошло со дня основания Главного управления по делам литературы и издательств РСФСР (затем СССР) и его подразделения в Татарской АССР. Политико-идеологический орган был создан при Народном комиссариате просвещения РСФСР для объединения всех видов цензуры печатных произведений. В советский период его деятельность была засекречена, так как цензуры якобы не было.

Сегодня мы расскажем о деятельности органа, осуществлявшего цензуру в Татарской АССР с конца 1930-х до конца 1940-х гг.
Периодическую печать советского периода невозможно представить без многоступенчатой и многоуровневой системы политической цензуры. Под руководством партии ее осуществляли Главлит, редакторы изданий и сами журналисты (самоцензура).

Лишь в 1991 г. в условиях демократизации советского общества, цензура законодательно была запрещена. В том же году Главлит
был упразднен, его документы переданы в архив и постепенно рассекречены. Вышли труды А.В. Блюма, Т.М. Горяевой, Г.В. Жиркова, М.В. Зеленова, которые заложили методологические подходы к изучению феномена цензуры на государственном уровне.

До сих пор малоизученной остается история местных органов Главлита, в том числе Татарской АССР (ТАССР). А.Ш. Кабирова, освещая идеологическую деятельность газет, радио и кино в годы Великой Отечественной войны, указала на исправление проверяющими грубых искажений и орфографических ошибок в районных газетах .
А.Г. Галлямова на материалах Государственного архива Российской Федерации (ГАРФ) и Государственного архива Республики Татарстан (ГАРТ) раскрыла тему влияния Главлита ТАССР на литературу и науку в 1944–1965 гг.

Отсутствие документов Главлита в ГАРТ затрудняет воссоздание полной картины бытования цензуры в ТАССР в советский период. Только дальнейшая поисковая работа позволит установить ключевые даты и факты истории, выявить особенности его деятельности.

Данная публикация подготовлена на основе ранее не публиковавшихся материалах первичной партийной организации Главлита Татарской АССР Бауманского
района г. Казани (1938–1953 гг.) (ГАРТ. Ф. П–1704. Оп. 1) и Главлита РСФСР (1942–1965 гг.) (ГАРФ.
Ф. Р–9425. Оп. 1) .

Главлит ТАССР был создан для охраны государственной и военной тайны над всеми видами произведений печати, радиовещанием, зрелищными видами искусства и др. предположительно в первой половине 1920-х гг. Он подчинялся Главлиту РСФСР, который определял его структуру, численность штата и лимиты финансирования. В Москву регулярно направлялись отчеты о работе, сводки и обзоры местных газет. Также Главлит РСФСР получал все периодические издания ТАССР и проверял по ним качество контроля.

Изначально Главлит создали, чтобы не допустить в открытую печать сведений, отнесенных к разряду государственной и военной тайны (номера, дислокация и числен-
ность военных частей, статистика по транспорту, средствам связи, промышленности, сельскому хозяйству и др.). Таких сведений, особенно в годы Великой Отечественной войны, вычеркивали много. К примеру, в газете «Красная Татария» от 13 февраля 1944 г. в статье «Имени Киевских дивизий» уполномоченный вычеркнул серию паровоза – «ЭУ». В материалах передачи Татрадиокомитета «Последние известия» от 29 февраля 1944 г. текст «добыли 36000 тонн угля» был заменен на «тысячи тонн».

На втором месте была функция политико-идеологического контроля. Из публикаций вычеркивались предложения с отрицательной оценкой деятельности партии, социально-культурных учреждений и их руководителей, исправлялись искажения цитат. Это делалось для обеспечения высокого статуса партии и ее доминирующего положения в обществе. В советский период газеты были главным рупором партии.

Список секретных сведений сводили в «Перечни сведений, составляющих государственную тайну и не подлежащих распространению», циркуляры, и рассылали на мес-
та. Каждому цензору оформляли допуск для работы с секретными документами.

Главлит выдавал разрешение на выпуск всех печатных изданий. Уполномоченным также приходилось выправлять многочисленные стилистические и орфографические ошибки, «вредные» переносы, уточнять правильность перевода материалов с татарского на русский язык . Кроме газет, осуществлялся контроль над книжно-журнальной
и мелкопечатной продукцией, изо-продукцией, передачами Татрадиокомитета и радиоузлов. Периодически, с целью изъятия запрещенной литературы, проверялись библиотеки и книжные магазины.

В 1930-х гг. центральный аппарат Главлита ТАССР проверял главные рупоры партии – областные газеты «Красная Татария» и «Кызыл
Татарстан», газету «Комсомолец Татарии», многотиражные газеты и др. Проверяли журналы «Большевик», «Азат хатын» («Освобожденная женщина»), «Чаян» («Скорпион»), «Пионер каләме» («Перо пионера»), «Совет әдәбияты» («Советская литература») и др. В годы Великой Отечественной войны число и периодичность выхода периодических изданий сократились. Комсомольские газеты были объединены с областными партийными газетами, продолжили выпуск 84 из 85 районных газет, 12 многотиражных газет из 28, журнал «Совет әдәбияты».

Проверка газет занимала львиную долю рабочего времени уполномоченных Главлита, так как вычитывать их надо было трижды: два раза на этапе предварительного контроля – подготовленный редакцией номер и сверстанный номер с внесенными правками. Каждый вычерк или исправление он обязан был обосновать в сводке. После этого цензор ставил на периодическом издании визу «Читано для выпуска в свет» (рис.).

Уполномоченные часто взаимодействовали с главным редактором по проблемным материалам. Чтобы ответственным сотрудникам редакций не приходилось приходить в Главлит, цензорам были выделены помещения в типографиях, Татрадиокомитете, Татгосиздате. В типографии им. Н. Александрова, выпускавшей областные газеты, они дежурили по графику днем и ночью. Основная нагрузка приходилась на ночную смену.

После выхода газеты Главлит обязан был вычитать ее в третий раз в порядке последующего контроля. Эта работа в конце 1930–1940-х гг., в отличие от предварительного контроля, велась не в полном объеме.

Районные уполномоченные проверяли районные газеты. Сотрудники центрального аппарата инструктировали и проверяли их работу. На местном уровне работу Главлита курировал Татарский областной комитет ВКП(б). Сюда докладывали итоги работы, просили совета по проблемным публикациям, об улучшении условий труда и привлечении внимания райкомов к цензорской работе на местах. В обкоме решали многие вопросы: по кадрам, судьбу провинившихся.

Партия предъявляла к цензорам серьезные требования: социальное происхождение только из среды рабочих, крестьян или служащих, обязательной была политико-
идеологическая подготовка . Поэтому предпочтение отдавали членам или кандидатам в члены Всероссийской коммунистической партии большевиков или комсомола. Еще строже были требования к руководителям: высшее образование, партийный стаж, безупречная репутация.

Анализ архивных документов говорит о том, что эти требования вплоть до начала 1950-х гг. не соблюдали на практике. Из-за нехватки специалистов и текучести кадров до конца 1940-х гг. аппарат Главлита состоял преимущественно из людей, окончивших только школу , не все состояли в партии.

Новоиспеченные цензоры имели смутное представление о специфике работы, надеялись на обучение, помощь в решении социальных проблем. Но после инструктажа каждый выполнял большую по объему и ответственности работу. Из-за загруженности всех сотрудников, включая начальника, занятия в Главлите проходили нерегулярно. Совмещать работу с учебой было затруднительным.

Квалификация уполномоченных была низкой, качество работы основного состава – невысоким. Они часто допускали ошибки, которые вскрывались в ходе последующего контроля. В случае необоснованного вмешательства могли ограничиться предупреждением, а из-за разглашения тайны или допущения грубых политических ошибок иногда изымали и уничтожали тираж издания.

Эти случаи рассматривали на собраниях первичной партийной организации и коллегиально определяли меру наказания для цензора и главного редактора (ставили на вид, объявляли выговор). Так, цензору районной газеты «Сталинская правда», допустившему в печать дислокацию оборонных заводов и Раифской трудовой колонии, был объявлен выговор . Серьезные ошибки, совершенные повторно, разбирали в райкоме или обкоме. Это было чревато снятием с должности провинившихся (цензора, редактора, начальника Главлита).

От уполномоченных постоянно требовали усиления политической бдительности, но даже опытные из них совершали ошибки и получали выговоры. Наказывали за нарушение перечня, халатное отношение к служебным документам и партийному билету, а также недостойное для коммуниста поведение в семейных отношениях и быту.

По мере увеличения числа периодических изданий нагрузка на цензоров росла, а численность штата – сокращалась. Чтобы успевать, им приходилось читать тексты по восемь часов подряд. Бывали жалобы на плохое освещение, холод, грязь и шум в кабинетах . Атмосфера в коллективе была напряженной, часто происходили конфликты. Напряженная работа в условиях стресса нередко приводила к ухудшению здоровья цензоров, но, даже болея, им приходилось работать . Дольше других в Главлите работали уполномоченные, имевшие опыт работы в редакциях газет, Татгосиздате, преданные делу партии, работоспособные и ответственные.

Таким образом, приоритетной для Главлита ТАССР была проверка газет, но из-за остроты кадровых проблем (частичная укомплектованность штата, текучесть кадров, низкая квалификация и др.) и нерешенности социально-бытовых вопросов в конце 1930-х–1940-х гг. контроль не был тотальным. Оправданной и необходимой была деятельность цензоров по охране государственной и военной тайны в условиях войны.

Валерия КАН,
кандидат исторических наук, старший научный сотрудник отдела новейшей истории Института истории им. Ш. Марджани АН РТ,
член Союза журналистов России

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.