Образование в среде татар-казаков Оренбургского казачьего войска

Наличие двух групп татар-казаков – православной (нагайбаки) и мусульманской – предопределило особенности становления школьного просвещения в их среде.

С 1748 года (именно этим годом датировано образование Оренбургского казачьего войска) и до появления Белл-Ланкастерских школ (1819 г.)
в Оренбургском казачьем войске (ОКВ) образование казаков проходило, как правило, у мусульман в мектебе при мечетях, а у нагайбаков в школах при церквях. Весьма важным является то обстоятельство, что в получении образования нагайбаков ключевую роль играли священники не из их среды, так как на первых порах в общине просто не было подготовленных лиц, которые могли бы взять на себя ответственность и обучать татар-казаков православного вероисповедания. В поселениях татар-мусульман обучение местных казаков было возложено на мулл. Относительная малочисленность мусульман в некоторых деревнях способствовала тому, что казачатами занимались духовные лица из соседних поселений, в которых доля мусульман была гораздо выше.

25 сентября 1797 года Военная коллегия подготовила положение «О гарнизонных школах и школьниках». Гарнизонные школы наблюдались и в поселениях татар-казаков (Орская крепость), число учащихся в данных школах определялось 50 человек. В начале XIX в. гарнизонные школы переименовали в военно-сиротские отделения, в них обучались солдаты, казаки и крестьяне. 1

С самых ранних лет у казаков старались выработать чувства патриотизма, долга, силы воли, определенных нравственных и психологических качеств, благодаря которым они получали отличную подготовку для дальнейшей успешной службы на страже государственных границ. Уровень военной подготовки казачат отчетливо мог быть оценен в ходе их участия в войнах Российской империи. Одним из таких ярких проявлений можно считать опыт Отечественной войны 1812 года и Заграничных походов русской армии 1813–1815 гг. в составе атаманского и 3-го Оренбургского казачьих полков.

В 1819 году, основываясь на предписании начальника штаба Отдельного Оренбургского корпуса генерал-майора Г.П. Веселитского, в ОКВ учредили станичные школы. В них обучали арифметике, чтению и письму, географии. Курс обучения длился четыре года, в среднем, учеба у казачат отнимала 5 часов в день, за исключением среды и субботы. Основной упор делался не на грамотность, а на обучение военным манерам, выправке и стойке, гимнас-
тике, джигитовке. Казачат, которые не преуспевали в учебе, ставили на 15 минут на колени, а также к ним применялись телесные наказания (5-10 ударов розгами). Не последнюю роль в расширении знаний играли библиотеки.2

Необходимо отметить, что станичные школы основывались на так называемой Белл-Ланкастерской системе обучения. Данная методика появилась в конце XVIII в. в Англии. Ее создателями считают священника Эндрю Белла и учителя Джозефа Ланкастера. В 1791 году Эндрю Белл заведовал приютом для сирот в Индии, где ввиду острой необходимости учителей им была введена система взаимного обучения. Данная идея получила развитие в труде «Британская система обучения» (1819 г.). Суть этой системы заключалась в том, что один учитель получал возможность одновременно обучить свыше 1000 человек, используя помощников-учителей, выбираемых из числа наиболее одаренных учеников. Обучавшихся дробили на небольшие группы (десятки).3

К началу 1831 года в ОКВ насчитывалось 18 школ, обучающих по Белл-Ланкастерской системе, к концу года их число возросло до 24, а к 1835 г. – до 30. В поселениях татар-казаков школы действовали в Бакалинской, Нагайбакской и Нижнеозерной станицах.4

Интересно, что учителя станичных школ ОКВ избирались обществом из числа грамотных нижних чинов казачьего населения и утверждались в должности войсковым атаманом. Их работа не оплачивалась, но засчитывалась за действительную полевую службу в войске. Тем не менее в «Правилах о порядке управления школами», опубликованных в 1838 году, предусматривалась добровольная плата родителей учителям детей хлебом или деньгами (от 1 до 3 руб. в год за ученика). Высочайшим повелением от 8 марта 1848 года определялось: в станичных школах ОКВ положено иметь по одному учителю, которому устанавливалось жалованье в 28 руб. 28 коп. серебром в год. Кроме того, учителя имели возможность получить по 50 коп. в месяц с каждого ученика из семей невойскового сословия.5

Со второй половины XIX в. в системе обучения казаков появились нововведения. Так, на выпускных экзаменах в станичных казачьих школах вошло в традицию присутствие полковых командиров, станичных атаманов, почетных гостей, священников, родителей и родственников учеников. Учащиеся, закончившие станичную школу с отличием, награждались похвальными листами (грамотами), по желанию ученики направлялись для продолжения образования в войсковые и уездные училища. Обогащались и местные библиотеки, причем книгами могли пользоваться не только учащиеся, но и все желающие. Приобретались книги разного содержания: духовно-нравственного, повествовательного и исторического. 6

2 января 1825 года открылось Оренбургское Неплюевское военное училище (в 1844–1868 гг. – Неплюевский кадетский корпус). Оно имело два отделения: европейское и азиатское. В европейском отделении обучение носило сословный характер. Наряду с военными дисциплинами, мусульманской и христианской религией, русским языком, учащимся преподавали также родные и иностранные языки. Татарам-казакам, обучавшимся в азиатском отделении, не преподавались военные науки, их обучали предметам, связанным с лесным хозяйством и земледелием. Несмотря на то, что Неплюевский кадетский корпус был открыт, как уже было сказано, еще в 1825 году, татары-казаки начали получать знания в данном учебном заведении лишь на рубеже XIX–XX вв. В частности, Неплюевское военное училище в начале XX века закончили Абдрахман Менанович Кочуров и Николай Иванович Бектеев.7

В это же время татары-казаки,  прежде всего представители  татарских офицерских династий  (В.М. Альметьев, П.М. Альметьев,  Н.М. Альметьев, И.М. Бектеев,  П.А. Бектеев, З.Ш. Дашкин, Ш.А. Кочуров), обучались и в Оренбургском казачьем юнкерском училище, офицерской кавалерийской школе.8

Либеральные реформы 60–70-х гг. XIX века способствовали оживлению общественной жизни мусульманского населения Российской империи. Началось пробуждение национального самосознания, выразившееся в создании литературных произведений на языках мусульманских народов, реформировании национальных учебных заведений.

В 1880-е гг. военные власти проводили политику интенсивного распространения русского образования за счет свертывания конфессионального образования мусульман-казаков. Так, с 1882 года дети мусульман-казаков в обязательном порядке посещали местную русскую школу с 9 часов утра до 2 часов пополудни, по этой причине они вынуждены были посещать мектебе лишь в «свободное время» – с 6 до 8 часов утра и с 7 до 9 вечера, для отдыха, по сути, у них не оставалось времени. Следующим шагом в этом направлении стало предписание атамана ОКВ от 8 сентября 1892 года о запрещении детям казаков обучаться в мусульманских школах, что было равнозначно их закрытию. В качестве альтернативы им дозволялось обучаться основам ислама в станичных и поселковых русских школах три раза в неделю в специальные дни. 9

Протестуя против ограничения свободы вероисповедания, мусульмане адресовали жалобы на имя оренбургского муфтия. К примеру, имам Гирьяльской станицы Алабайтальского прихода Нигматулла Абдулвагапов (16 января 1893 г.) писал, что закрытие учебных заведений «противно шариату», прекращение преподавания догм ислама подрастающему поколению мусульман приведет к волнениям среди прихожан. ОМДС, со своей стороны, 16 и 30 января 1893 года обратилось с жалобой в МВД, приложив шесть прошений татар-казаков Татищевской, Нижнеозерной станиц и Линевского поселка, а также 10 рапортов имамов различных селений ОКВ. Силовое ведомство признало действия оренбургского начальства правильными. ОМДС на заседании от 4 декабря 1893 года в качестве ответов на жалобы татар-мусульман ОКВ вынесло следующее решение: «Казаки обязаны знать русский язык, если дети будут посещать медресе, то не будет нанесен ущерб их знанию русского языка. Однако пусть дети обучаются в медресе, никто этого не воспрещает. Поэтому ваше обращение об этом оставлено без последствий». 10

Глубоко символично, что в списке мусульманских учебных заведений Оренбургской губернии на 1912 год значатся лишь две татарские казачьи
школы в Троицком уезде. Можно утверждать, что военным властям удалось свернуть сеть традиционных школ в мусульманских приходах ОКВ. Что касается средств, на которые содержались школы, то с 1896–1897 гг.
казаки сдавали денежные средства для составления специального школьного капитала, получившего широкое распространение в среде войска. 11

К концу XIX в. в мусульманском обществе стали четко прослеживаться два течения – джадидизм и кадимизм. Представители первого (джадидисты) придерживались политики внедрения в процесс обучения грамоте учащихся медресе так называемого нового метода (усул джадид), основанного на замене буквослагательного метода обучения звуковым методом, выступали за обновление общественной жизни. Кадимисты являлись сторонниками консервативного течения и противниками модернизации. Эти явления наблюдались и в казацком сообществе. В частности, в 1898 году в Оренбургском уезде ученики и сторонники кадимиста Хасан-хазрета пос. Линевский ворвались в новометодную школу в д. Тляумбет, выбросили классную доску, разогнали учащихся и пригрозили учителю Г. Тухватуллину расправой, если он продолжит обучать детей по новому методу. 12

К 1900 году с помощью звукового метода обучали и татар-казаков, в частности в медресе д. Нижние Чебеньки и мектебе пос. Гирьял, буквослагательный метод применялся в школах поселков Новочеркасский и Алабайтал. 13

В начале XX в. продолжала расширяться сеть новометодных медресе в поселениях татар-казаков. Так, в 1903 году в г. Орск (Орская станица) начало функционировать медресе при 3-й соборной мечети (93 ученика). Программы обучения не было. Преподавались следующие дисциплины: Закон Божий (изречения из Корана) по учебнику «История Пророка Мухаммеда» под ред. Фахретдинова, четыре действия арифметики на татарском языке, грамматика на арабском языке по книге «Элементарные правила грамматики» Губайдуллы Радуди. Под наблюдением местного муллы Марсиала Алчимбаева преподавание осуществлял башкир Сибагадулла Мурзабулатов. 14

На рубеже столетий мусульманами Оренбургской губернии учреждались благотворительные и культурно-просветительские общества. В начале
XX в. в Оренбургской губернии насчитывалось 24 таких организаций (наибольшее количество из всех регионов Российской империи). В 1908 году было создано мусульманское общество в г. Орск. В Никитинском поселке (в то время входил в Пречистенскую станицу – позднее в Сухомлиновскую) 27 марта 1908 года было зарегистрировано мусульманское благотворительное общество, деятельность которого, согласно уставу, распространялась на Оренбургский и Орский уезды. Своей целью общество ставило улучшение и развитие культурной, правовой и экономической жизни мусульман и распространение в их среде современного просвещения. 15

Таким образом, обучение татар-казаков на начальном этапе проходило в медресе и мектебе при мечетях и школах при церквях. Во второй четверти XIX в. получила распространение Белл-Ланкастерская система обучения, основанная на обучении более старшими и знающими учениками учеников менее опытных и младших по возрасту. Впоследствии система обучения реформировалась и приобрела окончательный вид у мусульман в виде модели джадидистского обучения. Местная элита татар-казаков – офицерские дети – получали престижное образование, обучаясь в Неплюевском кадетском корпусе и Оренбургском казачьем юнкерском училище. Основная масса татар-казаков обучалась в местных медресе и поселковых школах. Огромную роль в получении необходимых знаний для казачат играл местный мулла, уровень знаний которого предопределял, насколько грамотным и дельным будет подрастающее поколение.

Рустем АМИНОВ,
кандитат исторических  наук, старший научный сотрудник отдела истории Поволжья и Приуралья иститута истории им. Ш. Марджани АН РТ

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.